Мировой славой пользуется на международных пушных аукционах в Ленинграде пепельный мех белки. На него всегда мода франтих всех стран. Беличий мех был валютой в древней Руси и ныне занимает первое место в пушных заготовках СССР. Особенно ценится белка-телеутка. Белки теперь акклиматизируются и в новых местах: в Крыму, на Кавказе, в Северном Казахстане и Средней Азии.
СОЛНЕЧНАЯ ДОЛИНА
Восторги от созерцания природы выше, чем от искусства.
Не сбросили еще снежных шапок высокие деревья в парках. Но в воздухе уже чувствуется дыхание весны.
Москвича зовет лесная даль. А лес — вот он, совсем близко!
Манит к себе высокая гряда Ленинских гор. Сиреневой мглой затуманена эта дальняя вышка, откуда открывается чудесная панорама великого города. Это самое интересное и достопримечательное звено в цепи зеленого кольца дубрав. Нет другого, более живописного пригорода для прогулок во все времена года.
Вековой нагорный лес по излучине Москвы-реки огибает столицу. Контрастно выделяются на фоне виднеющихся отсюда домов древние башни бывшего Новодевичьего монастыря. А рядом высятся старые липы, березы, тополи. Ярусами расположились они по склонам. Деревья амфитеатром спускаются по крутогорью к реке. Светлы солнечные долинки, вдоль и поперек исслеженные лучистыми тропками лыжни.
Ближе к берегу, на вершинах лип и берез чернеют грачиные гнезда. Целая колония! Здесь сейчас тихо.
Не сыщешь поблизости таких круч, влекущих к себе любителей горнолыжного спорта. Отсюда, как с высоты птичьего полета, сразу оглянешь почти всю древнюю матушку-Москву. А еще дальше вид с Дворца науки.
…Скорехонько мчится из города троллейбус. Он забирается все выше и выше… Мелькают станции. Летят, расступаются дома. Глазам открывается сверкающая снежная равнина. На склоне стоит озаренная прохладным пламенем солнца березовая роща. Лыжники и туристы едут дальше. Слева — поле, справа — лес.
Эти белоствольные березы служат лыжникам «воротами» слалома.
Троллейбус катит по опушке парка, мимо старых деревьев и останавливается у обрыва.
Ленинские горы! Пассажиры сходят с троллейбуса на бровку, оглядывают высокий шпиль Дворца науки и останавливаются над падью «горки слалома». Неоглядно широка даль. Москва лежит внизу и видна как на ладони. Чист и бездонно глубок купол сияющего неба. Ясен простор лазури, и прозрачны зовущие дали прояснившихся горизонтов.
На взгорье полно зрителей. Дан лыжный старт. Спортсмен встал на лыжи и понесся вниз. На крутом повороте он поднял палки, присел и, выровняв бег, проскользнул ворота с красными флажками. Вот лыжник достиг впадины, выбросился на крутой утес и, как с трамплина, взлетел в воздух и исчез за снежной горкой. Потонул в белом сиянии.
Вдоль и поперек «горки слалома» проносятся мастера горнолыжного спорта. За ними вздымаются вихри снежной пыли.
Сияет ясный день. Ослепительно сверкает снег, зеленеет на склоне высокая сосна. Утесы, лесистые ущелья, стремнины, пологие и крутые скаты. Высокие березы примостились на самой круче обрыва. Чудесно в нашей подмосковной «Солнечной долине» Ленинских гор!
Инеем покрыты московские парки, сады и загородные леса. В морозные часы утренней тишины дремлют одетые в ажурные кружева белые деревья.
У опушки, словно завороженная, стоит в сверкающей прическе кудрявая березка. Ее облепила стая красногрудых чечеток. Оживленно перекликаясь, они порхают по ветвям. С дерева сыплется бриллиантовая пыль искристого инея.
Как украшают столицу березовая аллея в Сокольниках и березовая роща на Ленинских горах!
Исконно русское это дерево воспето в песнях и в стихах поэтов. «На бугре береза-свечка в лунных перьях серебра» (С. Есенин).
Багровеют лучистые закаты. В отсветах зорь румянятся нетронутые сугробы. Красуется в нежно-прозрачном пурпуре закатных лучей, падающих на склоны Ленинских гор, заиндевевшая береза.
ГОЛУБАЯ ВЕСНА СВЕТА
Еще и холоден, и сыр
Метельный воздух, но над садом
Уж смотрит небо ясным взглядом,
И молодеет лесной мир…
Февраль — весна света. Сияет голубизна лазури, золотом горит солнце, а недотрога-пороша не тает, только ярче блестит…
Больше нет тусклой подслеповатости кратких дней пасмурного глухозимья. Они позади, за перевалом зимы. На четыре-пять минут удлиняется в феврале каждый голубой весенний день.