Необычайно красивы широкие пальчато-перистые листья папоротника. Эта великолепная миниатюра и сейчас напоминает нам гигантов первобытного папоротникового леса доледниковой эпохи. Только на австралийских островах Тасмании уцелели такие же древовидные папоротники. «Живые ископаемые», — называл их Дарвин. У нас можно их видеть только в ботанических садах.
А шахтеры Подмосковного угольного бассейна, Донбасса, Кузбасса и Караганды видят отпечатки папоротников на породных отложениях каменного угля.
Не цветут папоротники, как думали в старину славяне. В благодатную пору июля дремучие папоротники-самосейки таинственно роняют, купают в каплях росы и дождя споры.
Натуралисты и школьники теперь знают: открылись науке тайны волшебного «Перунова цвета». В сказочном лесу живые споры появляются именно в приметную ночь с 6 на 7 июля. По обычаям и приметам народа — это рубеж лета: травы в цвету, начало сенокоса, сбор лекарственных трав и кореньев, загораются блуждающие зеленые огоньки светлячков. Светятся аметистом даже гнилушки трухлявых пней. Купальная пора, теплая вода цветет зеленью.
Хороши эти ночи!
ПЕСНЯ СОЛНЦУ
Хрустальное небо сияет синевой. На опушке припекает солнце, а в тени леса и парка дольше сверкает роса — влажный след туманной ночи, душистой теплицы ягод, грибов и цветов.
Отрадно налегке и даже босиком по мягкой росистой траве ходить по грибы и ягоды.
С полей долетает настойчивый присвист — «бой» перепелов. Полевые петушки не унимаются, кричат о прошлой весне до половины августа. Журчат, заливаются и жаворонки. У перепелов и жаворонков — второе гнездо и вывод птенцов еще и в августе, как и у лесных голубей, этих охотничьих птиц клинтухов, вяхирей, горлиц.
…Утих лес, отпетый весенними хорами певчих пташек. Изредка еще веселят короткие реплики августовских лесных песенников: флейта иволги, четко-звонкая капель звуков пеночки-теньковки, серебро зяблика, коньков и лесных жаворонков. Дольше всех воркуют горлицы. Последние отголоски улетевшей весны. Как трогательно услышать их среди лесного безмолвия.
В природе горлинка — особый лесной певец полуденного солнца. И никто уже не заглушает одиноко-таинственный голос летнего леса. Слышатся стон, мольба, жалоба голубиной песни. Мелодичный мотив неподражаемого воркованья: словно стоном синяя птица умоляет жаркое солнце о пощаде, жалуется на зной солнцепека.
Трогательно-нежное воркованье — летний ток голубиного петушка-горлицы — вошло в русскую поэзию, в народную песню. «…Стонет сизый голубочек…»
И вот теперь сельские сборщики грибов, ягод, букетов цветов слушают этот ток лесного голубя. В колоратуре горлинки тихую мелодию украшают не повышенные, а какие-то приглушенные тона хрустальных переливов. Словно в горле пересыпается звонкое серебро горошин. Отсюда и русское название птицы — горлица, горленка, горлинка… В царстве пернатых это единственная птица — колоратурная певица лесного дня в июле, да и в августе не умолкает она у второго гнезда.
Точно во сне, впросонках, тихо, нежно и заунывно воркует горлинка, кажется, тоскует в одиночестве безутешно, печалится в томительном непокое разлуки. А кругом глаз радует нарядная краса лесного полдня: ослепительное сияние солнца, цветы трав, узорная сень зеленой листвы.
Кроме горлинки, в дубравах и в высокоствольных лесопарках Подмосковья обитают еще два вида лесных голубей. Отрывисто-громко воркует крупный вяхирь-белогорлик (витютень). Протяжно-заунывно воркует самый распространенный лесной голубь — клинтух. Клинтух гнездится даже на бывших окраинах Москвы — в Останкине, Измайлове.
В СССР сохранился еще родоначальник многих пород и подпород культурных и спортивных голубей — дикий сизяк. Этот скальный голубь, отец ручных голубей мира, встречается у нас и за рубежом: в Европе, Азии и Африке.
Горлицы с севера на тропическую зимовку долетают до египетских пирамид.
От потомства прирученного в Египте 50 веков назад дикого сизого голубя выведены на земном шаре 150 видов культурных и спортивных голубей.
ГЛАВНЫЙ МЕДОВЗЯТОК
Ни засухи, ни сырости… Влажная теплынь нежит поздние медоцветы второго главного взятка. Полнятся нектаром сочноцветные медоносы — кормильцы пчел, медовые реки текут по воздуху на пасеки.
На просторах сеч-вырубок, пустошей и гарей, по сторонам дорог малиновыми озерами цветут дружные заросли высокостойного кипрея — иван-чая. Вот такие естественные медоносные плантации очень подходят для переноса сюда кочевых пасек. Больше всех диких цветов дает меда иван-чай — до 1000 килограммов с гектара. Прозрачен и слегка зеленоват пряный на вкус кипрейный мед.