В скопище не все благополучно заканчивали облачение в новые наряды. Кое-кто погибал, оставаясь висеть жалким комочком. Некоторые почему-то не успевали перелинять, не могли отправиться вместе со всеми в очередной вояж, отставали от общества и торчали на месте покинутой стоянки, жалкие и беспомощные. Одиночество оказывалось губительным для гусеничек пустынного шелкопряда. Выходит так, будто у походного пустынного шелкопряда до сего времени продолжался естественный отбор на быстроту развития.
Там, где кончалась широкая паутинная лента, по которой я следил, начиная от места рождения гусеничек, минуя остановки для линьки, располагалось и все их многочисленное общество.
Теперь, в разгар весны, гусенички сильно подросли, каждая не менее пяти-шести сантиметров длины, и красовались в элегантном бархатном одеянии пепельно-голубого, как серая полынь, цвета со светлыми поперечными полосками. Вдоль спины гусениц тянулись яркие узкие оранжевые ленточки, по самой же средине между ними на спине находилась очень красивая нежно-голубая полоса. Скопище гусеничек вытягивалось в длину около двух метров и издалека напоминало собою толстую змею. Периодически лента стягивалась в комок, когда происходила остановка на кустике молочая, особенно предпочитавшегося многочисленным обществом. Когда от кустика молочая оставался один скелетик, колонна выстраивалась вновь и ползла дальше, оставляя позади себя шелковую дорожку.
Иногда кое-кто из путешественниц сбивался с пути и начинал прокладывать боковую дорожку, и тогда сбоку колонны появлялся вырост. Отъединившиеся в сторону гусенички вскоре обнаруживали свое одиночество и, повернув обратно, догоняли ушедших вперед.
Движением компании управляло два основных правила, их строго придерживались все члены большой семьи. Первое правило — обязательно двигаться вперед и прокладывать путь, если только кто-либо идет сзади и слегка подталкивает. Второе — непременно следовать за кем-нибудь, если только сам не делаешь новую дорогу. Когда гусеница, ползущая впереди колонны, оказывалась слишком далеко от остальных или же уклонилась в сторону от общего потока, и ее никто сзади не подталкивал, она вскоре, обнаружив свое одиночество, поворачивала обратно и присоединялась к остальным. Если в хвосте колонны гусеница отставала от всех, и ей не за кем было ползти по пятам, она старалась всеми силами догнать ушедших вперед.
Был строг и распорядок дня походного шелкопряда. Весь день уходил на передвижение, объедание по пути растений или на привалы на особенно лакомых растениях. К вечеру братья и сестры сбивались в кучу на каком-нибудь кустике и все, поникнув книзу головами, погружались в сон. Утром, как только теплые лучи солнца падали на сонное сборище, происходило дружное пробуждение, и поход начинался сызнова.
Походный пустынный шелкопряд не особенно многочислен в полынной пустыне. Но местами его немало, а серые дорожки тянутся во всех направлениях. Иногда случайно пути разных колонн совпадают. Тогда происходит объединение семей, и шествие гусениц принимает внушительные размеры и издалека становится похожим на большого удава.
В 1954 году в предгорьях хребта Алынь-Эмель возникла паника среди работавших в поле колхозников. Один из них увидел в поле громадную змею. Испуг был так велик, что никто не решился посмотреть на то место, где было замечено необычное для этих мест пресмыкающееся. Возможно, за змею была принята одна или несколько объединившихся вместе семей походного шелкопряда.
Вообще же за гигантских змей часто принимают личинок грибного комарика, так называемого «ратного» червя. Они обладают странной способностью, иногда собираются вместе в большую до десятка метров колонну и, слипаясь, ползут, извиваясь из стороны в сторону, напоминая гигантского удава. Но пока в Средней Азии и Казахстане «ратный» червь не обнаружен.
Окраска гусениц, если не считать узенькой яркой красной полоски, в общем, подходит под тон окружающей растительности. Но, по-видимому, гусеницы походного шелкопряда несъедобны, и я никогда не видал, чтобы кто-либо истреблял их. Этим и объясняется, что гусеницы живут большими скоплениями, совершенно открыто и не маскируясь.