— Посидим, посмотрим, как богомол ловит добычу! — предлагаю я своим помощникам.
И мы, не чувствуя жары и жажды, забыв об отдыхе, следим за притаившимся, похожим на сухую былинку, богомольчиком. Наше ожидание не напрасно. Небольшая красноглазая мушка внезапно падает откуда-то сверху и садится прямо на обманчивую приманку. Сухая палочка мгновенно оживает, ноги делают молниеносный взмах, красноглазая мушка жалобно жужжит, зажатая шипами ног хищника, и вот уже методично, как автомат, задвигались челюсти, разгрызая трепещущую добычу.
— Какой красавец! — восклицает Коля.
— Страшилище! — возражает ему Зина…
Потом, раздумывая, я решил, что, подражая росинке, богомольчики находят друг друга, пользуясь им во время брачного периода жизни, а у самки заметил, как она слегка складывает продольно оси свой отросток, как бы скрывая его и желая остаться незаметной.
Еще через пару лет, странствуя по пустыням, увидел, как эмпуза рано утром подпрыгивала в воздух, сверкая зеркальцем и явно демонстрируя свое местонахождение.
Было бы интересно подробно изучить строение зеркальца богомолов-эмпуз, особенно узнать способность его к эластичности.
Бесконечные желтые холмы пустыни. Давно высохла растительность, скупо греет солнце, по холмам гуляют пыльные смерчи, завиваясь, поднимаются кверху и, неожиданно обессилев, падают на землю. Вдали, согнув книзу головы, пробегают горбатоносые сайгаки и исчезают за горизонтом. Из распадка меж холмами выскакивает лисица, убегает. Но прежде чем скрыться, останавливается и, обернувшись, долго смотрит на нашу машину.
Сперва темным пятнышком, потом узкой полоской показываются фиолетовые горы. Они колышутся в струящемся воздухе, меняют очертания. Полоска гор становится все выше, постепенно темнеет, вскоре показываются красные скалистые вершины и черные осыпи мелкого щебня. Это горы Анрахай. За ними, я знаю, располагается обширная пустыня Джусандала, еще дальше — пески Таукумы и, наконец, совсем далеко от нас — синее озеро Балхаш в опаленных зноем желтых берегах. Круче становятся холмы, и рядом с красными скалами тянется ущелье, а на дне его — широкая извивающаяся ярко-розовая полоса заполнила всю узкую долинку. Кто бы мог подумать, что осенью в пустыне так пышно зацветают розовые цветы!
По сухим каменистым руслам, там, где лишь после неожиданных и редких гроз промчится сверху грязевой поток со щебнем, растет серый и невзрачный кустарничек курчавка. Приземистый и мохнатый, с весны он слегка покрывается маленькими редкими листочками и остается таким на всю короткую весну пустыни, пережидает долгое знойное лето, а осенью неожиданно преображается. В это время наступает весна курчавки. Серенький и невзрачный, он покрывается густыми мелкими розовыми цветами и закрывает ими свое прежнее убожество.
В пустыне немало растений, цветущих осенью. Это те, которые приспособились жить в короткий период весенних дождей, холодных ночей и еще теплого осеннего солнца. Они терпеливо ожидают эту пору, и бывает так, что ожидание оказывается напрасным: осенние дожди не выпадают, а зимний холод опускается прямо на сухую черствую землю. К таким растениям относится и курчавка. Только в отличие от других курчавка ухитряется и в сухую осень добывать себе воду из-под земли, и там, где растет курчавка, в глубине струится живительная влага, скрытая от человека и домашних животных.
После желтых и пыльных холмов хорошо отдохнуть среди зарослей курчавки. Пахнет цветущая курчавка почти так же, как гречиха в цвету. В этом сходстве, по-видимому, сказывается родственная близость этих растений: оба они принадлежат к семейству Гречишных. Цветы курчавки очень мелкие, сложены из крошечных розовых околоцветников. Кто же пользуется этой массой цветов, для кого так нарядно оделось растение и кому щедро струит заманчивый аромат? В кустарничке почти не видно насекомых. Иногда прожужжит маленькая пчелка, сорвется с ветки муха. Изредка летают большие мухи-жужжало. Что им тут делать, великанам, возле крохотных цветочков? Наверное, приспособились своими длинными хоботками добывать ничтожно маленькие капельки нектара. Может быть, мелкие насекомые укрылись в густых зарослях? Надо помахать над розовыми кустиками сачком, как говорят энтомологи, «покосить» им насекомых. Несколько быстрых взмахов, и на дне сачка в куче сбитых цветов копошится целый рой насекомых. Кого только тут нет! Всех быстрей вырываются на свободу маленькие жучки-пестрокрылки с черными звездочками на каждом крыле. Их здесь очень много. Как и все другие представители семейства Пестрокрылок, они откладывают яички в завязи цветов, в которых потом развиваются личинки. Но, кроме того, я подозреваю, они щедро расплачиваются за стол и кров, опыляя цветы. Немало мух-пестрокрылок, мух-зеленушек. А вот и комар. Этот случайно залетел сюда из соседнего ущелья с горным ручьем и тростниками. Копошатся желтые с черными полосками на груди и брюшке цикадки. Они не спеша ковыляют по стенкам сачка и, внезапно скакнув, стрелою вылетают из неожиданного плена. Легко выбираются из сачка маленькие черные с длинным яйцекладом наезднички. Они тоже лакомятся нектаром, набирают силу. Забегая вперед, скажу: наездники — не опылители. Костюм их гладок, и пыльца на нем не держится. Но все же они отплачивают растению добром. На стеблях курчавки видны большие вздутия-галлы. В их полости живут гусенички бабочек. Из этих галлов я вывел немало таких наездничков. Они помогают курчавке, губят гусеничек, избавляют растение от врага.