К середине июня цветет софора, шалфей, коровяк, клевер, молочай, душица, зверобой. На смену шиповнику с желтыми цветками зацветает шиповник с цветками белыми. К концу месяца в зарослях трав появляются лиловые цветы кипрея. Расцветают мальвы. На цветках буйство насекомых: мухи, бабочки, разнообразные жуки и, конечно, больше всех пчелы насыщаются нектаром, собирают пыльцу, переносят ее с цветка на цветок, помогают урожаю семян и плодов. В садах начинают зреть вишни, краснеет земляника, кое-где на смородине появляются первые созревшие ягоды. Скворцам — большое подспорье. В дополнение к скромной пище для своего потомства теперь, к великому неудовольствию садоводов, в их рационе питания появились ягоды земляники и черешни.
В разгаре семейные дела птиц. У скворцов — крупные птенцы, выглядывают из летков. Принялись за выведение второго поколения сорокопуты. Вскоре молодежь первого поколения скворцов собирается стаями и начинает кочевую жизнь. Вторую кладку насиживают и жаворонки. В сопровождении молодых сереньких потомков летают заботливые трясогузки. Подросли, оперились и вылетели птенцы удодов и откочевали с дач в места более добычливые. Покинули гнезда молоденькие большеглазые сони — отчаянные разорители птичьих гнезд.
В расцвете мир насекомых. В траве объявился целый хор музыкантов-скрипачей: на все лады застрекотали кобылки. Воробьи привыкли ко мне еще с зимы, и едва только возле яблони закончен обед, моментально заявляются собирать крошки. Собака — собственница, не любит воришек, прогоняет. Но птицы все время начеку, не боятся. Для них собака — игра в легкую опасность. Быть может и крошки, упавшие со стола, они собирают больше по старой привычке, развлекаясь. Летом всюду много корма.
Лето — пора семейных забот и горячая пора для наших воробьев, скворцов, удодов и трясогузок. Скворцы стали шумными. Работы у них по горло. С раннего утра до позднего вечера без устали таскают корм, чаше всего мягких гусениц. Кое-когда приносят землянику. Скворчата стали большими, выглядывают из окошка и смотрят на небо, на землю, на деревья, на родителей, прилетающих с едой, на нас — страшных. Представляю, каким интересным для них все это кажется. Но как быстро! Еще месяц назад лежало голубое яичко, а сейчас!
Когда заходит солнце, скворцы усаживаются на столбах, на проводах, отдыхают, немного поют. Через полчаса наступают сумерки, день кончился, скворцы исчезают. Как только птенцы начинают выглядывать из окошка, возле скворечников появляются парочки бездетных скворцов. Они зорко следят за скворечниками, в отсутствие родителей заглядывают в летки, как бы желая удостовериться, как идут дела у соплеменников, скоро ли оперятся их детишки, когда покинут гнезда? Такой интерес не случаен. Соглядатаи терпеливо ждут своей очереди. Хозяева деревянных домиков гоняют непрошеных посетителей. Но те терпеливо сносят неприятности. Скворцам — претендентам на освобождающиеся квартиры, стало невтерпеж. He могут спокойно дождаться очереди, хватают соломинки, таскают в клюве, крутятся с ними возле чужих и еще занятых скворечников. Но хозяева неумолимы и прогоняют назойливых посетителей. И вдруг одиннадцатого июня в день зацветания зверобоя один за другим полетели птенчики. Прежде чем покинуть скворечник, птенец долго выглядывает в окошко, смотрит, куда скрылись его братья и сестры, примеряется, раздумывает. «Совещание» у опустевшего скворечника продолжается весь день. И никаких скандалов, ссор или попыток занять освободившуюся квартиру. Только один раз двое забияк, сцепившись, упали на землю. На следующий день у скворечника сидит новый владелец и распевает песни. Он очень музыкален, талантливее своего предшественника. В его песне хорошо слышится крик, похожий на клекот коршуна. Он часто его повторяет. Поет день, два. Кое-когда к нему прилетает подруга. От претендентов никого не осталось! Во всей этой удивительной истории, которая может вызывать скепсис у тех орнитологов, которые предпочитают смотреть на птиц больше через мушку ружья, непонятно, как скворцы узнали, что освобождается скворечник, как «порешили» между собой, кому он должен принадлежать, кто и как «выдал ордер» на заселение освободившейся жилплощади. Проходит пара дней, новые жильцы деятельны и жизнерадостны, распевают песни, выбрасывают старый хлам, принадлежавший старым владельцам, носят новые веточки, соломинки. Иногда самец, нахватав мелких травинок, усаживается возле скворечника. Он не торопится расстаться со своим грузом, использует минутку отдыха, и музицирует, не раскрывая клюва с пучком травинок, очень похожий на усатого старика. Горлышко его трепещет, перья нахохлены. Вечером обе птицы улетают на ночлег. Долго раздумываю об удивительном порядке смены поколений скворцов в скворечнике. Мирная смена, конечно, не случайна, и, я уверен, никем не наблюдалась. Мне кажется, что скворцы долго не теряют родственных связей. Первыми занимают скворечники старики-родители, затем по старшинству их дети, потом, возможно, внуки. Все это может показаться невероятным, но чутьем натуралиста я верю в существование подобного, если хотите, «родового строя» общественной жизни скворцов. Когда-нибудь, возможно, это смелое предположение будет подтверждено, сейчас же при современном уровне познания сокровенных сторон поведения животных оно звучит, как любит говорить ученый народ, антропоморфически. Слова «общественная жизнь скворцов» я употребил не случайно. Большую часть года скворцы проводят в тесном окружении себе подобных, кочуя с места на место большими стаями. Конечно, не всегда эта смена поколений и заселение вообще скворечников происходит мирно. Но драки из-за жилищ, вероятно, происходят между птицами, не связанными родственными узами.