Боги, помогите.
Встав на четвереньки, я подавила очередной позыв тошноты и осторожно, насколько хватало ловкости, направилась к стволу, дожидаясь, пока каждый из мертвецов пройдет мимо, не задев меня. Части их тел, те, что присоединялись к древу, болтались на нем будто еще живые, но под ними уже явственней различалось ядро, пульсирующее, как огромное вполне живое сердце. Если очень постараться, можно было вонзить в него копье, и даже не один раз, пока до меня не доберутся ходячие трупы.
Собираясь с мыслями, я последний раз оглядела площадку, изо всех сил всматриваясь во мрак, пока перед носом не шевельнулся воздух, тонкая, обтянутая кожей рука вытянулась из древа, будто ощущая моё присутствие и пытаясь поймать. Пальцы скользнули по волосам с силой дернув их. Глухой голос в глубине почти неразличимо закряхтел:
— Здесь… здесь…
Не успев испугаться, я инстинктивно отшатнулась, кора зашевелилась на миг, но еще одна вытянувшаяся рука вдруг резко обломила первую, отбросив ее куда-то в сторону. Среди костлявых тел высунулась чья-то голова и упрямо, будто тоже пытаясь отделиться, половина тела того, что когда-то было эльфийкой. Огладив лысую голову, она осмотрелась, словно только проснувшись, а увидев меня, тяжело вздохнула, вперив бесцветный взгляд.
— Как же давно я тут…
— Ты…
— Не медли, они знают, что ты рядом, они не успокоятся. Только король кормил нас, без него нет пропитания.
— Ты помогаешь мне?
— Я пришла сюда добровольно. Таких… единицы.
Со стороны ходячих послышалась новая возня. Не теряя времени даром, я вновь подошла к дереву. Тонкие руки помощницы с трудом раздвинули соседние тела, с хрустом освобождая мне место у ядра. Призвав Ненависть, коротким размахом я вогнала копье как можно глубже в трепещущее нутро. Резкая судорога внутренностей древа прокатилась волной по его «бороздам». Я знала, что одного удара едва ли хватит, но пока встревоженные мертвецы не подоспели, ударила второй раз, и третий, постепенно расширяя рану. Что-то цепко обвилось вокруг моей ноги и вдруг отдернуло от ствола, с безумной быстротой вскинув к самым верхним ветвям. На такой высоте весь Сакрис предстал как на ладони, а земля оказалась так далеко, что возвращаться на нее больше не хотелось. Падение принесло бы мгновенную смерть.
Задыхаясь от страха и холода, я зажмурилась, придерживая сорочку. Ветвь, обвившая голень, не стояла на месте, чуть покачиваясь, будто держать меня было непросто. В голову лезло столько вариантов расправы в таком положении, начиная даже от удушья или удара о плотные корни, но Каро словно не торопилось избавляться от моего бренного тела, подводя совсем близко к обморочному состоянию.
Время текло одновременно скоро и медленно, я могла судить о нем лишь по движению веток, между каждым из шорохов будто проходила бесконечность. Вновь открыв глаза в слепой попытке выбраться, я с удивлением увидела, как кора и ядро древа открылись, перестраиваясь внутренне и недвусмысленно освобождая место, где проходило множество артерий и вен. Припоминая, что именно находилось там в первом древе, я ощутила, как по коже пробежали мурашки и волосы зашевелились на голове. Каро вознамерилось получить нового короля. При таком раскладе я бы выбрала скорее падение вниз, даже с размаху.
Завертевшись, оглядываясь, но так и не отыскав иного пути, я вновь призвала в руки Ненависть, бросив все силы на то, чтобы раскалить оружие, кое-как удерживая его в руках.
Заканчивая последние приготовления, ветвь потянула меня к проему. Оказавшись достаточно близко, я смогла размахнуться и неловко, но точно отправить копье вниз, целясь в раскрывшиеся внутренности. Подгоняемая гравитацией, огненная стрела прочертила воздух и вонзилась в самую хрупкую часть. Каро взревело голосами тысячи своих мертвецов, в болезненной агонии размахивая ветвями и ударяя ими прямо по сновавшей внизу «коре». На поляне отвратительно запахло жареным мясом. Дождавшись, пока за Ненавистью не потянутся руки в надежде вытащить «занозу» из чувствительной плоти и спасти ядро, я вновь призвала копье к себе и, отдав достаточно собственной злости, бросила его снова вниз. Монструозная тварь, всё меньше походившая на дерево, закричала еще громче, попытавшись сначала закрыться от меня, а затем и вовсе теряя остатки терпения и разума, съежиться, подавляя огонь, распаляющийся в глубине. Каро вдруг резко стало не до меня.
Выгадав момент, когда земля окажется ближе всего, я вывернулась из хватки, позволив себе упасть в рыхлую влажную землю возле корней. Оставшиеся на ногах мертвецы бросились к стволу, запуская руки в ядро и вместе с остальными разрывая его в каком-то бездумном желании добраться до огненного оружия.