онь. Не зажимай ее, иначе не выйдет. — Угу. — Теперь повтори за мной: sagitta nigra. Я произнесла слова максимально отчетливо, чтобы Натани точно смог их повторить. Несмело покивав, мальчик бесшумно зашевелил губами, тренируясь, и подал голос только с третьего раза: — Sagitta nigra. Над детскими ладошками, поддерживаемыми мной, собрался небольшой сгусток некроса, темной, неясной дымкой формируясь в короткую стрелу. Осторожно контролируя то, сколько силы тратится на заклинание, я помогла ему повертеть перед собой оружие, привыкая к его поддержке, как к тонкой струе подземного родника, и мягко подавила магию, заставив исчезнуть разбуженную энергию. — Ух ты… — Теперь давай сам попробуй, только чуть-чуть магии бери, не жадничай, иначе мы тут что-нибудь сломаем. — А как… — Ты чувствуешь тепло на кончиках пальцев? Вот, собери его на первых фалангах, не дальше. Умница. Оп. Новый дымный дротик появился на ладони и, покрутившись, растворился отголоском потухшей свечи в воздухе, стоило сжать руку в кулак. Довольный первым экспериментом Натани хохотнул, его лицо едва не светилось от счастья. Первая проба сил удалась явно на славу и возможно еще приведет к большим результатам. По крайней мере она показала, что мальчишка отлично чувствует течение магии в своих венах. Где-то совсем рядом завозившись спросонья, вдруг подала голос Анари: — Что вы тут делаете? — Ничего! — Натани дернулся от неожиданности. Похлопав его по плечу, я поднялась повыше, встретившись взглядом с заспанной, взъерошенной эльфийкой. — Я показала маленьких фокус, ничего особенного. — Я стрелы пускать умею! Покачав головой, Анари зевнула, тоже постаравшись сесть в постели и подвинув сына ближе к изголовью. Утреннее солнце озарило ее растрепанную рыжую шевелюру, как золотой ореол на картинах святых. — Натани, милый, только не здесь, давайте вы будете практиковаться на улице. — Хорошо, мам. — Извини, что разбудили, — невольно улыбнувшись, я постаралась отвести взгляд, чтобы не смущать девушку. — Ничего, нам давно пора уже вставать, из-за ночных неприятностей весь режим насмарку. Лошади стоит передохнуть. — Тебе помочь чем-то? — Собери, пожалуйста, покрывало, это будет достаточно. — А приготовить? У меня есть кое-какие навыки готовки. Замотав головой, Анари поднялась и, стянув со стула старый вязанный кардиган, закуталась в него, как в халат, зябко скрестив руки на груди. Несмотря на свободную одежду, от взгляда не могла укрыться худоба эльфийки. — Могу доверить тебе чай. Увы, мы не так богаты, чтобы рисковать хотя бы одним обедом. Населенный город будет нескоро. — Чай, отлично, я поставлю чайник. Зашаркав потертыми тапочками, Анари вновь зевнула и вышла на улицу. За дверьми слабо послышался ее оклик, и дом остановился, вдруг погрузив нас в тишину. Уже привыкнув к тихим потрескиваниям, скрипу колес и перестукам утвари на стенках, я оказалась ошарашена на несколько долгих секунд, отмечая, как мало, на самом деле, звуков сопровождают замершие стены. Вот бы открыть окна и впустить сюда немного воздуха с шелестом ветра в кронах и пением птиц, но, кажется, последнего в местных краях не видать. Лишь бы не услышать, что похуже. Кое-как поднявшись на ноги и быстренько размяв затекшие конечности, я, как и просили, собрала свой своеобразный футонтрадиционная японская постельная принадлежность в виде толстого хлопчатобумажного матраса, расстилаемого на ночь для сна и убираемого утром в шкаф., уложив его в один из шкафов, указанный Натани. Сам мальчишка, к моему удивлению, зря времени не терял и, взбив общую подушку, заправил кровать, аккуратно накрыв ее тонким выцветшим покрывалом и разгладив все большие складки. Заметив моё внимание, Натани горделиво задрал нос и взял веник, стоящий у края постели. Выглядел он так, будто собрался сделать как минимум ремонт с полной перепланировкой, а не подмести полы. Чтобы не быть пристыженной маленьким хозяином дома, я поспешила убраться с пути и отойти к плите. Медный, чуть побитый временем и чьей-то тяжелой рукой чайник наполнился водой из-под крана и встал на конфорку. Прикоснувшись к отмеченной на металлическом диске руне, я надеялась, что артефакт сможет вытянуть хотя бы каплю магии, но тщетно. Зажечь ее получилось только с помощью мальчишки, магия поглощалась чертовым ошейником. — А сколько нужно учиться, чтобы получить такое копье, как у тебя? — Нисколько. Оно одно, и его лучше не получать вовсе. Мне досталось случайно. — Я бы хотел что-то такое, чтобы защитить маму. — Ты и так защитишь, особенно, если не будешь подставляться под удары. Мгновенно насупившись, Натани воинственно стиснул в руках веник. — Я не собираюсь прятаться при нападении, я не трус. — Конечно, ты очень храбрый, но это не значит, что ты должен рисковать собой всё время, ты последний оплот помощи при неприятностях. Твоя магия нужна, когда уже ничего другое не остается. К тому же Анари, как эльфийке, должен быть неприятен некрос. — Почему? — Эта сила противоположна ее магии. Почти все эльфы так или иначе отмечены стороной света. Проверив, как нагревается плита, я заглянула в ближайшие шкафчики в поисках заварки, но не распознала чайный сбор среди других похожих баночек с травами. Большинство из них наверняка относились к лекарствам или приправам. Вновь повернувшись к Натани, я надеялась попросить помощи, но наткнулась на его ошарашенный и задумчивый взгляд. — Значит, некромантия не от мамы? — Нет. Кажется, мальчик ни разу не думал о природе своего дара и тем более о том, как сильно это отличает его от матери. Погрузившись в собственные мысли, он опустил голову, почти бездумно зашелестев веником по полу. Его понурый вид заставил меня забеспокоиться. Наверное, не стоило говорить об этом так рано? Хотя это довольно известные факты. До меня донесся тихий расстроенный шепот: — Может, и не нужна она тогда… Захлопнув шкафчики, я потянулась к Натани. Нужно было ему объяснить, что не всё так плохо и не стоит отметать столь ценный инструмент, но входная дверь вдруг отворилась. Анари влетела в комнату и, выдвинув ящик комода рядом, трясущимися руками достала несколько банок, едва не рассыпав их содержимое по полу. И без того болезненно бледная еще полчаса назад, сейчас эльфийка выглядела совершенно жутко и встревоженно. Забрав лекарства, она мгновенно выбежала из дома. Снаружи глухо послышались тихие увещевания и вторящий ей какой-то нечеловеческий мучительный стон. Мальчишка дернулся вперед, за матерью, но я успела схватить его за плечо, крепко сжав и заставив посмотреть на себя. — Сиди тут, пока я тебя не позову. — Но там… — Жди здесь. Уже набрав воздух в легкие и открыв рот, Натани хотел возразить, но что-то в моём взгляде вынудило его промолчать, не издав и звука, лишь понятливо кивнуть, с какой-то оторопью наблюдая испуганным взором. Удостоверившись, что мальчишка всё понял, я оставила его, не теряя времени пробежав к Анари и шагнув за дверь, на крыльцо в самый раз, чтобы услышать очередной вой животного. Упав вздувшимся пузом на землю и корчась от боли, лошадь беспомощно скребла копытами дорожную пыль. Из коричневой в яблоках она почти вся стала пепельного, серого цвета, покрывшись знакомыми морщинками и трещинками на коже. Поврежденная нога, задубевшая за ночь, с воспаленным шишковидным суставом, неестественно торчала сбоку не в силах согнуться. Бедная скакунья, не зная как повернуться, отчаянно тянулась к поврежденному участку, щелкая зубами, на плотной неживой коже уже виднелись следы от укусов. По-моему, тут уже нечему было помочь, если только какое-то чудо не снизойдёт на нас, рассказав, как можно излечиться от серой гнили, но Анари, присев, продолжала истерично мазать чуть ли не все лосьоны и бальзамы на тряпки, пытаясь приложить их к покрывшейся коркой ране измученного животного. — Прости, прости милая, я всё исправлю, нужно только потерпеть немного, дай мне время… я сейчас… сейчас… — Анари. — Минутку подожди, у меня есть еще кое-что, нам совсем чуть-чуть осталось, совсем недолго, бо-оги… — Анари, послушай, просто отойди от нее. — Нет-нет-нет, нам нужно добраться до города, дом просто так не уедет, я не могу остаться здесь… Трясущимися пальцами поддев тугую крышку очередного пузырька, эльфийка выронила лекарство, баночка из темного стекла с тихим звоном упала на землю и, поблескивая на солнце, прикатилась к боку лошади. Без единого сомнения Анари тут же потянулась за склянкой, и лишь в последний момент я успела отдернуть ее руку от опасно щелкнувших рядом зубов зверя. Рассерженно фыркнув, обезумевшая лошадь громко заржала явно недовольная тем, что упустила добычу. — Мы должны ей помочь… — Ей уже не поможешь, лучше не переводи напрасно мази. — Но как же… дом… как мы доберемся до Келлс… Быстро собрав все в подол Анари, я подхватила ошарашенную эльфийку на руки и поставила на первые ступеньки крыльца, не оставив ей выбора. — Софи? — Стой на месте. — Что ты задумала? Почуяв неладное, животное чуть не свернуло шею, внимательно наблюдая за мной воспаленным темным глазом, посеревшие сухие губы обнажили крупные зубы, словно в оскале. И без того странные звуки, доносившиеся из пасти, подобные то ли писку, то ли свистящему дыханию, стали громче, всё сильнее походя на вой. Среди ночи одна из напавших тварей так звала своих родичей, едва ли связанная с ними кровными узами, но точно объединенная общей заразой. Нужно было действовать и как