– Я виновна, – безжизненно повторила Арминия, двинувшись дальше. Две маячивших за ее спиной женщины молчали.
– Оступись… – прошипел ей в спину дракон. – Нарушь законы Цитадели. И тогда даже вмешательство Маркела не спасет тебя, грязная тварь…
Арминия даже не обернулась.
Время уходит… Она непрестанно чувствовала, как утекают последние дни, будто песок сквозь пальцы. Мне осталось совсем немного.
Арминия слышала, как внутри нее ворочается и вздыхает Видана:
– Как бы мне хотелось перед неизбежным концом увидеть Денгара. Заглянуть в его смеющиеся глаза. Обнять. Поцеловать.
– Не знаю, девочка… Возможно, что тебе еще представится этот шанс. Исследовав кригз, Маркел сказал, что души Творца в нем нет, как нет и ни одного отпечатка, принадлежавшего ранее какому-нибудь волшебнику. Значит, души Иринарха и Денгара все еще там.
– Мы должны пробудить его. Прошу тебя… – Арминия моргнула. Впервые за все время Видана прямо просила ее о помощи. – Умоляю, тебя. Помоги ему. Пожалуйста!..
– Я не могу… Я сделала все, что могла, но он не пробудился. Возможно, он мертв…
– Нет. Нет! Он жив. Я верю в это! Он жив!
Арминия тяжело вздохнула.
– Но я попробую. Попробую еще раз. И буду пробовать, пока силы не оставят меня.
В наступившей внутри ее головы тишине слабо мелькнула далекая мысль Виданы:
– Спасибо… Спасибо тебе. Возможно, когда-нибудь ты сама поймешь, что значит любить…
Падшая тяжело поднялась, открыла дверь и медленно пошла по длинному коридору. Многочисленные слуги вежливо кивали ей. Если бы они только знали, кто я… Если бы я могла повернуть время вспять… Сколько же ошибок мы сделали. Все мы… Двое неизменных принужденных, как обычно, неслышно ступали за ее спиной. Если бы у меня оставалось время. Столько всего нужно сделать. Но уже поздно. Слишком поздно.
Поднявшись по ступеням, Арминия медленно вошла в комнату, где на кровати лежало едва-едва дышащее тело Иринарха. Маркел тоже был здесь, мрачно глядя на разложенные на столе лекарские принадлежности.
– Сам не знаю, почему ты все еще здесь, – с некоторой обидой заявил он. – Следовало бы выкинуть тебя из Цитадели вместе с этим вот полумертвым телом. – Страж медленно поднял глаза. – Ты знаешь, что ваши армии, оставшись без руководства, творят сущее безобразие? Лакпур, Краскир, Ослепляющий, Отерелла… Нечисть нападает на всех без разбора. Легионы сражаются друг с другом. Маги жгут города. Принужденные, лишившись связи с хозяевами, просто сидят и, тупо глядя перед собой, умирают от голода и жажды. Все земли Лакпура буквально завалены мертвецами…
Маркел недовольно пробормотал совершенно недостойное Творца проклятье.
– И ведь я ничего не могу сделать. Я должен сидеть в Цитадели и следить, чтобы вы двое не выкинули какой-нибудь пакости. Пришлось отправить смертных… – Он вздохнул. – Я отпустил Гартонезию. Сейчас она во Дворце Совета на Таулусе. Пытается спасти хоть что-то от своей разлетевшейся миллионами осколков Империи. Тингралл буквально умолял меня отправить его на Отереллу. Сказал, что не может больше находиться здесь… Несомненно, это из-за тебя.
– Мы разожгли эту войну, – глухо промолвила Арминия. – Мы виновны в этом. Но теперь это война смертных. Они сами должны переступить этот порог.
– И чьи же это слова? – Мрачно осведомился Маркел. – Твои, или Виданы?
Падшая пожала плечами, устраиваясь у постели недвижимого Иринарха.
– А какая разница?
Склонившись над бледным лицом Падшего Творца, она ласково погладила его по щеке и улыбнулась.
– Я люблю тебя, Иринарх. Я люблю тебя, Денгар…
Маркел фыркнул и отвернулся. Ну, это уже точно не Арминия. Видана.
Хотел бы я знать, насколько ей можно доверять?.. И можно ли вообще?
Услышав приглушенный вздох Арминии и уловив слабое колебание эфира, Маркел стремительно обернулся. И вздрогнул.
Иринарх открыл глаза.
– Любимая, это ты?.. Я боялся, что больше никогда тебя не увижу…
О, Вечность! Это не Иринарх, а Денгар. Ясно, как день.
– Да, любовь моя. Я знала, что ты придешь… Почему же так долго? Я боялась, что ты уже умер…
И это вовсе не Арминия, а Видана.
Слезы капали на лицо Денгара. Видана обняла его и, стоя на коленях, уткнувшись в грудь своего мужа, разрыдалась. Маркел молча стоял и смотрел, испытывая какую-то мучительную неловкость.
Обе принужденных женщины повернулись и вышли из комнаты.
– Я люблю тебя, Видана. Больше жизни. Прости, что я так долго, но нужно было еще выпутаться из тех сетей, которыми связал меня Падший. А когда его сила ушла, мне пришлось довольствоваться своей…
Маркел пододвинул стул и уселся так, чтобы Денгар мог его видеть.
– Ты Денгар? – Дождавшись слабого кивка, он продолжил. – Ты знаешь, где Иринарх? Что случилось с тем, кто захватил твое тело?
Некоторое время Денгар мрачно смотрел на сидевшего перед ним незнакомого человека. Потом чуть приподнялся и любовно погладил Видану по волосам.
– С этим все кончено. Проклятого паразита больше нет.
– Что?! – Маркел вскочил, едва не опрокинув стул. – Иринарх мертв?
Содрогнувшись, подняла голову Арминия-Видана. И в ее глазах попеременно сменялись облегчение и радость Виданы и глубокое отчаяние Арминии. До крови прикусив губу, она отчаянно сдерживала рвущийся из груди крик.
– Скажи… Пожалуйста, скажи… Это правда? Иринарх мертв?..
Денгар недоуменно моргнул и посмотрел на свою жену, которая вдруг заинтересовалась судьбой проклятого Падшего Творца.
– Может быть, – неохотно проворчал он. – Я не уверен, но…
– Рассказывай. Не упускай ни единой мелочи. Все это очень и очень важно.
– Хорошо… – Денгар несколько мгновений помолчал, ласково гладя захлебывающуюся в рыданиях жену по спине. – Я не знаю, сколько дней, месяцев, или лет прошло… Там как-то не очень ощущается время. Но когда что-то случилось… Не могу описать… Все внезапно потонуло в какой-то вспышке. И боль. Невыносимая боль… Сначала я подумал, что это тот проклятый враг рода человеческого что-то затеял, но потом… Я почувствовал, что ему было еще хуже, чем мне. Я чуть с ума не сошел от боли. Мне казалось, что меня скоро разорвет на части… Что-то хищное, голодное, невероятно могучее. Не знаю, что это было…
– Это, очевидно, был кригз. Но ты продолжай.
– Плохо… Это было очень плохо… – Денгар содрогнулся всем телом. Видана, рыдая в голос, обхватила его руками. – Но тому было еще хуже… Как он кричал… А потом все внезапно кончилось. Крики. Боль. Все исчезло. И даже давящая сила Падшего перестала ставить на моем пути все новые и новые барьеры. Оставалось совсем немного… Несколько нитей, парочка стен, но… Вместе с ощущением Иринарха пропала и вся его сила. А своими собственными силенками… Сколько я провозился?
– Одиннадцать дней. – Выдавила Видана. – Одиннадцать дней…
– Одиннадцать дней, – потрясенно прошептал Денгар. – Ах да… У меня есть послание для человека по имени Маркел. Не знаю, откуда оно появилось… Я просто услышал голос и понял, что должен передать это кому-то… Маркелу.
– Это послание Иринарха?
– Нет. К тому времени я уже не чувствовал Падшего. Это было сразу после того, как он исчез. И это был не его голос. Не его…
– Говори. Передавай послание. Я – Маркел.
Денгар несколько мгновений смотрел на взволнованного человека, в волосах которого уже начинали появляться первые седые ниточки. Хмыкнул. Пожал плечами.
– Собственно, мне сказали только, что осталось двадцать три дня. Я не понимаю, что это значит… Что?!
Маркел вскочил на ноги и принялся нервно мерить шагами комнату. Видана вздрогнула и отшатнулась.
– Двадцать три дня… Двадцать три минус одиннадцать…
– Осталось двенадцать дней. Считать я умею и сам… Проклятье. Время на исходе. Осталось меньше двух недель…
Денгар недоуменно поднял глаза на размахивающего руками человека по имени Маркел. Взглянул на откровенно испуганную Видану. Пожал плечами.
– Ничего не понимаю…
– Прости любимый. Я должна поговорить с этим человеком. Это очень важно. Я скоро…
Денгар мрачно смотрел, как его жена и этот Маркел стоят у окна и о чем-то негромко беседуют. Причем на их лицах был явственно написан самый настоящий испуг.