Хотя, как говорят арабы, на Аллаха надейся, но верблюда привязывай. Вооружённая охрана тоже не помешает.
Царевна и её свита засобирались к себе уже ближе к десяти часам вечера, когда все уже давным-давно перешли на «ты».
— Завтра снова придём, посудачим о всяком, — доброжелательно пообещала Наталья. А затем, заглянув Дарье прямо в глаза, спросила в упор: — Любишь ли брата моего? Скажи правду, Дарьюшка.
— К нему невозможно относиться …так, серединка на половинку, Наташа, — искренне ответила та. — Либо любить всем сердцем, либо так же ненавидеть. Да, я его люблю — всем сердцем.
— Непросто тебе будет, сестрица, — сочувственно покачала головой царевна. — Что ж, на всё воля Божья. Раз ты его понимаешь, то есть надежда, что притрётесь друг к другу… Ну, доброй ночи, милые мои. Марьюшка с Аннушкой в передней спать станут, ежели надобность будет — зовите.
Сёстры Черкасовы переглянулись. Похоже, ближайшие дни скучными не будут. Караул из двух женщин, конечно, тот ещё, но, если вдруг что, хоть закричать успеют.
— Я знала, на что иду, но не думала, что всё будет настолько серьёзно, — призналась Даша, едва дверь комнаты закрылась и они с сестрой остались вдвоём.
— Не волнуйся, я здесь для того, чтобы вот это вот «серьёзно» коснулось тебя по минимуму. Ладно, давай помогу снять это …сооружение, и ложись спать, — Катя зашла со спины и принялась распускать шнуровку. — Завтра будешь работать манекеном для платьев.
— А ты где ляжешь?
— Вот тут, под окном. Если кто-то полезет, об меня и споткнётся.
— В лазарете про меня хоть кто-то сказал?
— Всё знают, я сама рассказала, когда за твоими вещами бегала. Юхан, конечно, офигевший от новостей, особенно от того, что теперь он за ротного лекаря. Старается, конечно, но сама понимаешь, за несколько месяцев врачом не стать. Хотя за это время он узнал о медицине больше, чем все твои коллеги в полку вместе взятые.
— Больные вроде без осложнений, идут на поправку. Надеюсь, всё будет хорошо, — Дарья наконец выскользнула из платья, не без труда расстёгнутое сестрой, и корсета, оставшись в одной рубашке и чулках. — У-у-у, как холодно.
— Марш под одеяло, — скомандовала Катя. — Не хватало тебе ещё простудиться.
…В причудливо изукрашенной печи потрескивали дрова. На кровати, завешенной тяжёлым парчовым пологом, тихо сопела спящая сестра. Под полом скреблась мышка. Из-за двери доносилось едва слышное перешёптывание «бабьего караула» — сестёр Меньшиковых. Где-то разводили караулы, издалека слышались отрывистые команды офицеров. Словом, обычный ночной звуковой фон для этой эпохи. А к Кате сон не шёл. Дело было вовсе не в том, что спать пришлось на каком-то половичке, накрывшись плащом. Это ещё почти курортные условия, ей случалось ночевать и на снегу, и в окопе, и в развалинах. Просто слишком многое нужно было обдумать.
Она в который раз прокручивала в голове полученную в последние дни информацию и анализировала её. Итак, саксонец намекнул, что его королю хочется заполучить Ригу. Потому он желает достоверно узнать, насколько это обсуждаемо и во сколько встанет самому Августу, если Пётр Алексеич действительно пожелает уступить город. Это раз. Второе: тот же фон Арнштедт прозрачно намекнул, что французские конфиденты в Дрездене и Москве старались собрать как можно больше сведений о некоем новом подразделении русской лейб-гвардии, которому поручено охранять Карла Шведского. Вот это уже не смешно. Если начали собирать данные об охране пленника, значит, действительно вентилируют вопрос его устранения. Надо сказать Женьке, чтобы сменил график дежурств на усиленный.
Но что будет, если французы не найдут слабины в охране Карла? В этом случае, как подумалось Кате, было бы логично отказаться от его устранения, зато сосредоточить усилия на шведах. Наверняка министры Луи Четырнадцатого начнут через своих агентов влияния в Стокгольме качать милитаристские настроения среди народа, армии и верхов, благо, это несложно. Кто там нынче у них по иностранным делам? Кажется, племянник небезызвестного Кольбера, воспетого Дюма в «Виконте де Бражелоне». Карл, едва оказавшись среди своих, будет мгновенно захлёстнут милитаристской волной. Были обоснованные сомнения, что его придётся долго уговаривать продолжить драку. Разве что урок, полученный в этой ветви истории, заставит его поступить ровно так же, как он поступил в той, когда исходил из уверенности, что Пётр уже не представляет опасности — сперва выбьет из игры союзников России. А там Карл Карлович, хочет или нет, всё равно пойдёт искать Полтаву… или где в этой новой истории ему судьба получить пулю в пятку и «тейблом по фейсу».