Вечером Мария постучалась в окно дома.
– Светка, дай тазик.
– Зачем?
– Его тошнит.
Поспать ночью ей так и не удалось.
На следующее утро Мария осторожно поскреблась в комнату Михаила.
– Миш, а ты чем бреешься? Можно взять?
Сзади подошла Светка.
– Ой, Свет, я тебя не заметила. А можно я немного стирального порошка возьму?
– Машка! – Света перегородила дверной проём рукой. – Зачем он тебе нужен?
– Мне? – смутилась Мария. – Мне не нужен. Я ему нужна.
– Дура ты, Машка!
– Я знаю. Дай порошка-то.
– Зачем тебе порошок?
– Я Лёшке хочу одежду постирать.
Через день парень уже сидел на лавке перед сараем – побритый, в чистом камуфляже. И всё равно он был недоволен.
– Зачем ты это делаешь? Думаешь, я тебе когда-нибудь денег заплачу? Вот сейчас пойду на рынок и снова напьюсь.
– А я тебя всё равно оттуда вытащу, – пообещала Мария. – Только сначала дам по ушам хорошенько. Ты же в форме там валяешься, значит – армию позоришь.
– А если бы голый валялся?
– Значит, весь род людской позоришь!
– Откуда ты такая на мою голову свалилась?!
– Издалека. Отсюда не видать.
– Ты говорила, что воевала. Где?
– На войне. Не всё можно рассказать.
– И всё же – зачем я тебе? Нормального мужика найти не можешь? Чего ты со мной возишься?
– Видно, судьба у меня такая – кого-то всё время спасать. Страну спасала – не вышло. Подумала – широко размахнулась, надо попробовать с отдельно взятым человеком.
– И что ты со мной будешь дальше делать?
– Жить. Квартиру нам я уже сняла. Оклемаешься – будешь у меня в охране рынка работать.
В съёмной квартире было неуютно, но они не обращали на это внимание.
Поздним вечером Алексей лежал на кровати, Мария примостилась рядом.
– Машка, спасибо тебе за всё!
– Спи! – Мария приложила палец к его губам.
– Почему ты мне поверила, ты ведь обо мне ничего не знаешь. А вдруг я какой алкаш подзаборный?
– Лёш, ты тоже обо мне ничего не знаешь.
– Так расскажи. Ты местная или приезжая?
– Приезжая. Других подробностей не будет.
Чуть помолчав, Алексей спросил:
– Машка, ты ведь меня практически с того света вытащила! Я думал – всё, жизнь кончилась.
– Да брось! Я просто делала то, что было нужно.
– У тебя получилось. Машка, ты настоящая русская женщина – коня на скаку остановит, в горящую…
Мария не дала ему договорить, перебила.
– А кони всё скачут и скачут, а избы горят и горят. Надоело! Давай обойдёмся без этого и будем просто жить!
– Ты не сможешь, – улыбнулся Алексей. – Характер не тот.
– И кого надо спасать на этот раз?
– Армию! Наших офицеров и солдат! Которых политики предали, заключив позорный мир к выборам. Которых из Германии вывели в чистое поле.
– Это задача государства, – возразила Мария. – Я не могу решать государственные задачи.
– А кто может? – риторически спросил Алексей.
– Для этого есть президент.
– Да этот президент только и может, что… Оркестром дирижировать.
Мария задумалась.
– Чего думаешь? – спросил Алексей после затянувшегося молчания.
– Я думаю, что проблемы армии в конце концов решат. А вот проблемы отставников, особенно после горячих точек, надо решать всем обществом.
– Это как?
– Да есть у меня кое-какие задумки, – уклончиво ответила Мария.
Алексей вздохнул.
– Да, не самое лучшее время нам выпало. Но времена не выбирают.
– А я выбирала.
– И почему ты выбрала именно это время?
– Потому что в этом времени есть ты!
Прошло несколько лет.
– Алексей, мы идём на выборы или нет?
– Идём, идём. Я только галстук повяжу.
– А что, без галстука уже нельзя?
– Как же я без галстука пойду рядом с таким большим человеком?
– Лёшка, да ладно тебе!
– Я твою визитку видел – «Климова Мария Тимофеевна, директор центра реабилитации ветеранов горячих точек». Прямо куда деваться! Ты как этим занялась – просто помолодела. Кстати, меня парни замучили – почему у нас фамилии разные? Ты так и не сказала, почему не захотела взять мою фамилию.
– Это давняя история. Я обещала прожить за себя и за неё. А её фамилия была Климова. Ну всё, пойдём! Заодно посмотрим, в какой школе наш Лёшка учится.
Над дверями школы висел плакат «Избирательный участок № …» Переступив порог, Алексей спросил:
– Опять за Путина?
– Да, – кивнула Мария. – Не на один год выбираем. А тебе что, не нравится?
– Да его только за то, как он 2000-й год встречал, надо выбрать! Это надо же – лично полетел в Чечню ребят поздравить!