— Дежурный по райотделу лейтенант Амбалов. Слушаю вас. Минутку. Запишу. Нет, он отдыхает. Парасов в Заозерном. Вот товарищ из управления. Ваш. Только подъехал. Хорошо, — и уже обращаясь к Катаеву, протянул трубку, — вас, ответственный дежурный по управлению.
— Слушаю, Катаев.
— Здравствуй, Иван Кузьмич, — забасил в трубке дежурный. — Как дела?
— Как сажа бела, — мрачно ответил Катаев.
— Передаю данные дактилоскопической экспертизы из Москвы. Убитый — Поспелов Николай Сидорович, он же Крылов Николай Иванович, 1926 года рождения, уроженец Читинской области, трижды судим за грабеж. Кличка — Волк. Последнее дело — ограбление кассира механического завода. Тяжело ранен сопровождающий. Преступление доказано, но похищенные деньги до сих пор не обнаружены. Сумма большая — около ста тысяч. Осужден к двенадцати годам лишения свободы в колонии строгого режима. Отбывал наказание в Красноярском крае. Бежал двадцать второго мая этого года при выводе с лесоповала.
— Постой-постой. Запишу подробнее. Это очень важно. Это меняет дело. И потом просьба к тебе великая… — Амбалов подсунул Катаеву бумагу, ручку. — Утренним рейсом вылетает к вам представитель Тихокутского райотдела с материалами для экспертизы. Парасов приказал сделать все архисрочно. Много неясного, но дело идет к концу. Потому ты форсируй, пожалуйста. И очень прошу, запроси из архива дела, по которым привлекался убитый. Они обязательно пригодятся.
— Добро. Все, что в моих силах, сделаю.
Катаев, окончив говорить, положил трубку и сказал Амбалову:
— Я сейчас возвращаюсь в Заозерное. Как только Бранников будет на работе, сразу пусть свяжется с Парасовым или со мной.
— Слушаюсь! — дежурный вытянулся в струнку. Очень ему нравился этот, из управления. И как только машина уехала, сказал Камушкину:
— Видал? Живут люди… А здесь… Сидишь на телефоне — «Дежурный по райотделу… Дежурный по райотделу…» — как попугай. То ли дело — оперативник. Нет, уйду в уголовный розыск. Все! Баста! Начальник обещал…
— Так вы раньше…
— Конечно, год прошусь. Ты тоже, как только свое заочное учение закончишь, погоны сменишь и айда к нам…
— Куда? — не понял Камушкин.
— Куда-куда, к нам, — в уголовный розыск.
XXII
Попов нервничал. Мысль: «Кто приходил? Зачем? — не давала покоя. — Может, Сердюк? Проверяет? Конечно».
Часы показывали половину седьмого. Попов, чтобы успокоиться, стал рассуждать сам с собой:
«Начнем со следа. Его оставили в низине рядом с тропой. Мы считаем, что тот, кто нес труп, зачем-то сошел с тропы, и сделали вывод — человек, несший труп, нездешний. Свадьбы в тот день еще не было. Правильно. Свадьбы не было, но гости уже съезжались. Свадьба началась вечером. Бранников сказал, что всех приглашенных проверяют. Ладно, оставим пока это.
Тут всплыл приезжий с чемоданом. Потом установили, что радиотелемеханик. Мальчишки видели второго неизвестного, который лежал у речки в кустах. Так-так-так! А что он мог увидеть? Как я не догадался посмотреть?! Ну-ка, а если представить, провести воображаемую линию… Как же я сразу… Оттуда, где он лежал, должен отлично просматриваться дом Галилова. Вот этот дом! — он закрыл глаза ладонью, так было легче думать. — В следующую ночь — убийство Прокопьева, таким необычным способом. Сердюк утверждает, что Галилов очень сильный, с быстрой реакцией. Документы на пенсию в порядке, но выглядит моложаво. Ну, и что?
Направили срочные запросы по его последнему месту работы и по месту рождения. Ответа пока нет. Огород Галилова выходит на реку. Бранников утверждает, что труп Прокопьева перебросили через изгородь со стороны речки. Соседи показывают, что в ночь первого убийства у Галилова до утра горел свет. Он горел и в следующую ночь. Всю. Тоже до утра. А если его просто не выключали? Да-да! Он горел ночь, следующий день и опять ночь. Просто Галилова уже не было. Правильно.
Тогда какая связь со вторым убийством? Получается, что они не связаны? Сердюк утверждает, что убитый не Галилов. Результатов спецпроверки пока нет.
А если так — на речку задами выходит всего двенадцать домов. Как несли труп — никто не видел. Предположим, что его несли из этих домов… Иначе кто-нибудь да видел бы. Ну, не понесут же по улице?! Потом, гильзы около трупа… Пистолет Волосатова… И все же, если допустить, что труп выносили отсюда, по огороду…»
Он прокрался к окну, выходящему на огород, и, хотя по инструкции не полагалось, осторожно выглянул. На тропе, ведущей к речке, виднелись размазанные следы. Кто-то шел во время дождя. Два следа. Сердюк? Почему с огорода? Косарев? Преступник?