Попов прошел на кухню к окну, из которого видно было крыльцо. На крыльце лежали комки грязи. Замок на месте. А зачем тогда входили на крыльцо?
Кто наследил? Зачем приходил? На улицу след не ведет. Двойная цепочка следов… Значит, шли не двое, а один! Пришел со стороны речки, взошел на крыльцо, вернулся.
Попову сделалось жарко. «Замок на месте. А если… Если помешал замок? Пришел — замок. А зачем приходил? Может, знакомый Галилова? Почему ночью, со стороны речки? — голова трещала, ничего путного он придумать не мог. — А может, это тот, из-за которого я здесь сижу! Тогда почему он не зашел? Замок? Ерунда, его не трудно сломать… Или открыть. Это если человек опытный. Не опытный не пойдет… Эх, нужно было не ждать у двери, а сразу к окну… Не положено! Инструкция. Все равно, хотя бы одним глазком… На меня понадеялись… Ведь могут подумать, что я спал».
Стало так тяжело на душе, что одному быть здесь становилось невозможно. Он прошел в комнату, окна которой выходили на улицу, и сразу же увидел Сердюка. Тот шел вдоль забора, выбирая места посуше, и лицо его выражало единственное — не замараться. Он даже не глянул в сторону дома Галилова.
«Эй! Ну, посмотри на меня, — мысленно взмолился Попов. — Ну, посмотри! Эх! А еще начальник уголовного розыска… Что же делать? Как обратить его внимание на следы? Постучать?» Он уже поднял руку, но вовремя опомнился, ведь тогда его увидит не один Сердюк. А может быть, это Сердюк и был? Проверял — не сплю ли я… Поэтому и не посмотрел сейчас. Зачем ему смотреть-то?.. Он ночью убедился, что я лопух, а не оперативный работник.
XXIII
Бранников шел на работу рано. Кончается квартал, полугодие — управление требует отчеты, а тут эти убийства… Бранников старается отвлечься, старательно вспоминает все дела, которые необходимо сделать сегодня. Отчеты отчетами, а с десяти до двенадцати часов — прием по личным вопросам. После обеда совещание в райисполкоме. Вечером беседа на маслозаводе — второй раз просят, неудобно…
Подходя к зданию райотдела он вдруг поймал себя на том, что ищет, к чему бы придраться. «Дожил. Старею, что ли?»
Когда дежурный доложил о результатах экспертизы, о звонке из управления, стало немного легче. Бранников прошел к себе в кабинет и взялся за телефон. Заозерное долго не отвечало, а нетерпение росло: «Да где они запропастились? С ума можно сойти».
Наконец в трубке раздался голос Парасова. Бранников ему обрадовался как родному, а переговорив, растерялся. «Как же я мог не почувствовать запах в доме Галилова?.. Ведь сам все осматривал. Редко выезжаю на место происшествия. Совсем дисквалифицировался. А этот курсант молодец!» И он вспомнил себя в эти годы. Вспомнил еще рядовым оперативным работником. Тогда было время, его хвалили. Потом Высшая школа МВД СССР. Начальник уголовного розыска района. Заместитель начальника райотдела по оперативной работе. Все интересно, все захватывающе. Розыск, профилактические мероприятия, работа с дружинами… И, наконец, начальник райотдела. Тут уж не до оперативной работы…
Начальник это — стройматериалы, мыло, одежда, кадры, беседы на предприятиях, отчеты на исполкомах, совещания. Бумаг одних кучу подписывать — запасные части к автомашинам, контроль за исполнением, членство во всевозможных комиссиях… Когда уж тут…
Только день начнется — и пошло. Старуха жалуется на сына — не помогает. Спекулянтка требует возврата конфискованного. Жена милиционера с претензией — почему не дают отпуск мужу. Старшина просит помочь с железом — крышу нужно перекрыть за лето, течет. Из районо звонят — двое мальчишек не ходят в школу. Пьяный шофер сшиб на грузовике столб у Дома культуры. Участковый просит новый мотоцикл — старый негоден… Да и дома…
Старшая дочь сегодня за завтраком:
— Папа, ты видел, в чем я хожу на танцы?
Бранников поднял непонимающие глаза от тарелки.
— Так вот, мне стыдно. Дочь начальника районного отдела милиции не имеет ни одной порядочной кофты.
— Покупай, — он понял сразу, что здесь что-то нечисто, но не хотел ввязываться в бабий разговор.
— Покупай?! — жена и дочь вскинулись разом.
«Хорошо хоть младшая в пионерском лагере, а то бы и та присоединилась», — Бранников потянулся за фуражкой.
— Постой, — перехватила его руку жена. — Ты ничего не ответил.
— Я же сказал…
— Где?
— В магазине.
— Ты когда последний раз был в магазине?
— Не помню. Да оставьте вы меня сегодня в покое, — несколько раздраженно попросил он. — Покупайте, что вам нужно.