— Что же ты человека дешевле ценишь, чем эту дрянь? — пнул ногой кучу битой птицы браконьер.
— Да! — вырвалось у егеря. И хоть старался сдержать себя, не получилось. — Для вас нет ничего святого. Просто невозможно подумать, что вы были маленьким и умилялись, радовались каждой птичке, каждой зверушке. И я не могу поверить, что вы руководитель. Садист! Садист и сволочь! Не место вам на таком посту, да и в партии тоже, — крикнул и пошел к мотоциклу.
— Сопля-ак! Я тебе покажу — «садист». Я тебе покажу — «сволочь»!
На этом инцидент не кончился. Когда в понедельник Сергей привез протоколы районному охотоведу, тот протокол полного браконьера отложил в сторону.
— Ты, вот что, — сказал тихо, глубоко затягиваясь и струей пуская дым сигареты. — Давай не будем пускать в ход, — и глазами указал на протокол.
Сергей был готов к такому обороту, поэтому сразу — на дыбы:
— Если начальник, так можно?!
— Погоди, не горячись, — охотовед взял какую-то бумагу со стола и протянул.
Сергей непонимающе уставился на нее и только спустя минуту понял, но все же спросил:
— Что это?
— Заявление в суд, — охотовед повел в сторону головой, словно его шею давило что-то. — Обыкновенное заявление в обыкновенный народный суд за оскорбление словами. Так что тебе нужно задуматься.
— Нечего мне думать. Все правильно. Я говорил, что не место ему в партии, а то, что он садист — просто вырвалось.
— А «сволочь»?
— И «сволочь» тоже.
— Сдерживать свои чувства нужно, Сережа, — ласково сказал охотовед. — Впредь будь умнее. От того случая еще не отмылся. Осторожность и еще раз осторожность. А теперь — как суд решит.
— Меня взаправду судить будут? — не верил егерь.
— Обязательно. Заявление коллективное. Подписало шесть человек. Все, между прочим, с положением. Не алкаши какие… Оштрафуют. Заставят извиниться.
— Извиниться?! — воскликнул Сергей. — Перед кем? За что?
— Послушай меня. Я старше тебя в два раза и добра тебе желаю. После суда обязательно встанет вопрос о твоем увольнении…
— Ну да? — не поверил Сергей.
— Честное слово, — охотовед поднялся со своего места, прошелся по кабинету. Подошел к Сергею, положил руки на плечи. — Влетит и мне, и твоему председателю. А как же? Не уследили, не подготовили… Вчера непонятное дело с лосями, сегодня — оскорбление словами, завтра — пьяная драка…
— Я не пью, — пробормотал егерь.
— Мой совет: давай порвем протокол и это чертово заявление.
— И… И все? — вырвалось у Сергея. — И ему ничего не будет? Все ему с рук сойдет опять? И тогда, весной… И сейчас? Нет. Пускай меня судят. Пускай. — Теперь он был полон решимости. — Я и на суде… Все скажу.
До суда дело не дошло. Высокопоставленный браконьер отделался штрафом и легким испугом. Сергею зато прямо было предложено — уволиться. И в подтверждение серьезности намерений объявили строгий выговор.
Дома он ничего не сказал, но каким-то образом в деревне узнали о неприятностях у егеря. Большинство возмущалось и стояло на стороне Сергея, но были и такие, что потихоньку злорадствовали.
Вечером на базу заехал председатель колхоза — Иван Михайлович. Молча осмотрел все постройки, даже на чердак заглянул, и сказал:
— В порядке все содержишь, молодец, — опять помолчал, и вдруг предложил: — Айда ко мне заведующим гаражом. Год поработаешь, на следующий в институт — заочно. А там, смотришь, и меня сменишь, а? — Заметив протестующий жест Сергея, зашумел привычно: — Не надо меня переубеждать. Глаза имею, вижу — не на своем ты месте, вырос уже из егерских штанишек. И давай не перечь старшим, а то, ишь, моду взяли… Думай над тем, что сказал, а на выговор наплюй. В наше время выговор чуть ли не с медалью равняется, значит, работаешь своей головой, а не чужой, значит, цену себе знаешь… — хлопнул по плечу и уехал все такой же озабоченный и серьезный. До конца уборки было далеко.
Не собирался Сергей воспользоваться предложением Ивана Михайловича, но настроение улучшилось.
23, понедельник
Погода хорошая. Тепло. А по утрам уже чувствуется дыхание осени. У лосей идет гон. Здоровенные быки потеряли осторожность, бродят по лесу, выискивают соперника.
Барсуки обновляют норы, таскают в них сухую траву. За день видел четырех лосей (все самцы).
24, вторник
Весь день был на участке. Дикие голуби тронулись в путь, на юг. Стаи собираются по 300—400 штук.