— Где ж я её тебе возьму, — развёл руками хозяин. — Покажи, что там у тебя?
Рис вновь оказалась в топе. Бинты за время нашего похода пропитались кровью и теперь были грязно-алыми. Да, хреново ей, похоже.
— У… — протянул Тартр, осторожно разматывая бинты, — кто ж тебя так?
— Доминант. В Долине Безмолвия.
— Немудрено. Кто ж под такой луной там шляется. Ох как. Подмагичила себя, смотрю? Ну не так всё и страшно. Сейчас, есть у меня одна мазь… Брета!
Его голос вдруг стал настолько противным и визгливым, что я в вздрогнул. А потом содрогнулся ещё раз, когда с такой же интонацией Тартру ответили из глубины магазина.
— Что??
— Принесли Элуфреву мазь!
— Она кончилась.
— И в кладовой?
Секундной замешательство.
— Да!
— И в лаборатории?
Едва слышное шарканье ног.
— Да!
— И в подвале с реагентами?
Падение тяжёлой крышки и скрип лестницы.
— Да!
— Тогда посмотри в шкафу.
Я усмехнулся. Мне они напомнили пожилую супружескую пару, у которых всё запасено на несколько лет вперёд. Причём, неважно что — туалетная бумага, мыло, гречка, соль.
На счёт пожилой супружеской пары я угадал. Брета оказалась той же расы, что и Тартр. Она — Травница, он — Алхимик-экспериментатор. Семейный подряд.
— Здравствуй, Рис, — ответила она бесцветным голосом.
На меня даже не взглянула. Поставила склянку с густой вонючей субстанцией и собралась уйти.
— С парнем что? — указал хозяин на меня.
— Ногу порезал. И рана небольшая на руке должна быть.
— Брета, надо промыть.
— Игрок, чай не умрёт.
И только тут до меня дошло, что свечения вокруг травницы не было. Она обыватель!
— Брета, просто принеси воды.
Хозяйка что-то ещё пробурчала, но ушла вглубь дома. Вернулась уже с кувшином воды и тазиком. Указала, куда сесть и стала мыть мне ноги. Чувствовал я себя, мягко говоря, неудобно. С детства привык обслуживать себя сам. Однако момент протеста явно упустил. И четыре секунды тут проблему не исправят.
Тартр, тем временем, нанёс мазь на рану Рис. Подождал немного времени и стал убирать тряпкой. Вот это да — всё затянулось за несколько мгновений. И никаких снопов искр, сполохов огня и прочих спецэффектов. Самая мощная магия оказалась делом будничным.
— Давай сюда, — нагнулся старик ко мне, — пф, царапины. И плащ свой снимай.
Мазь по ощущениями была холодной. Но, что ещё хуже, мерзко пахла. Вот она чудовищная вселенская несправедливость в действии. Хочешь лечиться — пей противное и горькое. Хочешь похудеть — ешь безвкусное и по часам. Ужас какой.
— Вот, теперь всё. Что ж ты, парень, босиком шастаешь?
— Получилось так.
— Брета! Принеси Солофоновы сапоги.
— Да что ты кричишь? Слышу я, здесь же стою, — пошаркала хозяйка вглубь дома.
Я тут понял, что к этой Берте не испытываю никаких эмоций, а вот к старику искренне симпатизирую. Причём, заметил за собой, что впечатление сформировалось почти молниеносно, как только зашёл в лавку. А не после его помощи. Хм, старик алхимик-экспериментатор. То есть, по-своему безумный учёный, может быть всё дело в этом? Остается только гадать.
Тут вернулась хозяйка, бросив на пол огромную, размера на три больше, кожаную обувь.
Солофоновы сапоги.
+ 4 к Средней броне.
Попытка удачно создать или трансформировать заклинание повышена на 10 %.
— 1 к Атлетике
Минусовка, судя по всему, из-за веса. Берта их еле дотащила. А так, в целом, очень даже миленько. Практически с последней парижской недели моды.
— Всего каких-то пятьдесят грамм.
Рис хмыкнула, но ничего не сказала. Скорее всего, она сейчас, как и в случае с архалусом, будет просто наблюдать, не вмешиваясь. А меня обдерут как липку. Но каким бы безумцем не считал меня старик, я всё же поторгуюсь.
— Пятьдесят грамм? — усмехнулся я. — Да за такую цену ты будешь эти ботфорты десять лет продавать в этом захолустье.
— Назови свою цену.
— Десять. И то, только из-за того, что ты нам помог.
— Десять стоит та часть мази, которая вылечила твою ногу и руку. Сорок пять.
— Сорок пять — красная цена всей этой комнаты. Пятнадцать!
Сам не заметил, как завёлся. Обычно процесс торга мне не доставлял удовольствия. Но тут втянулся. И ведь не сказать, что денег жалко было или ещё чего. Просто вдруг стал испытывать некое странное удовольствие от процесса. И чем ниже удавалось сбить цену, тем кайфа было больше. В итоге сошлись на двадцати восьми граммах. По мне, неплохая цена за сапоги.