– Сначала меня, – сказал я, даже не посмотрев на Рис.
Нет, мама, конечно, учила меня уступать девочкам и все такое. Но сейчас был явно не тот случай. Да и молчание Рис только подтвердило, что выбор я сделал правильный.
– Конечно, – сказал Игош, нисколько не сомневаясь в моем ответе. Скажем так, его вопрос был скорее риторический.
Хорул, не доходя до центральных дверей библиотеки шагов двадцать, принялся ее обходить, пока мы не добрались до прохода, по всей видимости, ведущего в подвал. Здесь нас встретил Игрок в мантии, который чуть поклонился Игошу, обвел нас взглядом и добавил.
– Все уже готово.
– Замечательно, – ответил мой личный проводник и, махнув рукой, стал спускаться вниз.
Это было настоящее подземелье. Старое, древнее. Стены обложены камнем, проходы укреплены толстыми балками. Интересно другое. Зачем помещать все сюда? Не легче разместить эту самую машину, ну, или как там выглядит подобное изобретение – снаружи?
– Хронос создал Осведомитель очень давно. Когда еще центральные миры были лишь на зачаточном этапе развития. Построил в ущелье. Со временем Осведомитель был погребен при очередном оползне.
– Я думал, что вы все предсказываете, – ввернул я шпильку.
– Конечно. Поэтому мы лишь обнесли его стенами и крепкой крышей. Хронос был очень талантливый изобретатель, но плохо ладил с Игроками. Он не понимал, что подобное нельзя оставлять на виду. Это сейчас здесь тихо, но когда-то и Архейт подвергался набегам.
– И вы построили сверху библиотеку?
– Хочешь что-нибудь спрятать – положи на самое видное место. Когда сюда прибудут чужаки и перебьют нас, они не найдут ничего.
– Ты хотел сказать если? – поправил я.
Игош обернулся, но ни слова не произнес. И от этого мне стало совсем не по себе. Что страшнее, предопределенность или неизвестность? Знание, когда ты умрешь или наличие десятков вопросов, что гложут и не дают жить спокойно? Собственно, для себя я выбор сделал.
Сначала мне было не вполне понятно, где же находится это самое великое изобретение Хроноса. Но оглядевшись чуть получше, я понял, что вся комната и есть переплетение проводов, круглых пластин, по всей видимости, серебра, пропускающих электрические разряды, электродов, опущенных в жидкость. Все эти разнородные, на первый взгляд, предметы и были той самой машиной.
Самым интересным оказалось нечто в середине. «Зажатое» щупами, в воздухе колебалось сине-сиреневое облако. Будто кусок тумана или клочок тучи, сконцентрированный, окращенный и живущий сам по себе. Вокруг него, на небольших постаментах, была щедро рассыпана пыль. Поодаль стоял Дмитрий вместе с еще несколькими хорулами.
– Что мне надо делать, – спросил я Игоша.
– Сесть туда.
Он указал на массивный стул, прикрученный к полу. К подлокотникам и ножкам крепились широкие кожаные ремни. К слову, они не выглядели потрепанными. Да, и сам стул был явно не таким уж древним. Скорее всего, его пару сотню лет назад заменили.
Меня, конечно, немного покоробили эти ремни. Как и всякого человека, свободу которого ограничивают. И разноцветное облако это, что не могло зафиксироваться, тоже слегка напрягало. Интересно, это все, что осталось от Хроноса? И как он смог сделать собственную выжимку? Или я просто надумал и это своего рода расщепленное Сердце. Черт его знает.
Как бы то ни было, я подошел к стулу и сел. Приблизившиеся, хорулы стянули мои руки и ноги ремнями, а Игош протянул кляп.
– Сначала будет больно, а потом неприятно. Чтобы не откусить язык, лучше взять это в рот.
– Разговоров, что вы посадите меня на электрический стул, не было, – улыбнулся я.
Хотя ляпнул больше для храбрости, потому что трясло меня здорово. Было очень страшно. Но цель должна была оправдать средства. Я обязан был все увидеть.
Игош отошел и кивнул кому-то за моей спиной. Рис стояла белее мела, почему-то вытащив посох. Я покачал головой, показывая ей, что не стоит делать глупостей. А потом боль сковала все мышцы.
Самое забавное, я почти оказался прав. Это было действительно похоже на то, как если бы через меня пропускали электричество. Но, если честно, эта боль по сравнению с той, что я испытал в Яме, была детскими забавами. Тем более, что продолжалась она совсем недолго. В какой-то момент меня вдруг подхватило и куда-то выбросило.
***
Во рту стоит дешевый вкус резиновой соски, которую маме принесла бабушка. Они долго о чем-то спорили, потом кипятили ее и дали мне. Десны жгло и саднило от прорезающихся зубов, поэтому я с удовольствием схватил эту соску. Мама удивляется, а бабушка смеется.