— Никто вас никуда не отдаст! Ваш народ в живые баррикады встанет, дабы защитить вас! — попытался успокоить своего босса Понедельный. — Может, выдержаночки, чтобы центральный механизм подуспокоить?
— Не нужно, — Годфри выставил ладонь вперёд, — Лучше скажи мне, Понедельный, мы ведь из Циферблатного Совета вышли?
— Почти год как, — ответил Понедельный и пожал плечами.
— Значит, никакой Жааже мы подчиняться не должны, верно?
— Определённо. Для нас важен лишь один закон — документ о Времяустройстве Времландии! — Понедельный потряс тоненькой книжечкой, достав её из своего увесистого блокнота.
На планете Времени было много стран и, соответственно, много всяческих объединений. И одним из таких объединений был Циферблатный Совет — международная организация, предписывающая единые стандарты прав ходиков и законотворчества, а также обеспечивающая культурное взаимодействие. Самой известной инстанцией Циферблатного Совета была Жаажа — международный уголовной суд, в компетенцию которого входит преследование высших чинов двустороннего циферблата, где страны-Плеяды уже клепали дело на Годфри Года…
— Новостей нет? Я пока ещё не международный преступник? — ехидно вопросил Годфри.
— Были бы у Плеяды законные основания, быстро бы прижали, но вы же знаете, они только угрожать своим изнаночным словоблудием могут!
— Ох, это точно! Но как-то же они резолюцию[1] о признании Времландии страной-террористом приняли? Знать, и до Жаажы дело дойдёт… — протянул Годфри, отбросив сонное оцепенение. — И меня заклеймят, и тебя заодно…
— Вас правда это беспокоит?
— Скорее злит… Страны-Плеяды совсем потеряли остатки здравомыслия…
Времландия раньше была не последним игроком на мировой арене и состояла во множестве союзов. Когда Годфри только начинал своё правление, Времландия даже подавала заявку на членство в Плеяду, но до вступления дело так и не дошло, ведь вотчину Годфри Года отбраковали, и именно тогда Верховный начал точить на них клыки. А вот в Циферблатный Совет Времландию приняли, и состояла она в нём довольно продолжительное время. До тех пор, пока основные постулаты Совета не были нарушены загребущими руками главы Времландии.
— Кстати, по поводу новостей… — Понедельный весь сжался, ведь прекрасно знал притчу о гонце и дурной вести. — Во всех мегаполисах Времландии пришлось отключить времирную сеть… — произнёс Понедельный и закусил нижнюю губу, ожидая справедливого гнева.
— Давно пора! — Годфри выдохнул. Он ожидал вестей посерьёзнее. — Причина? — правитель поднялся из постели и поднял руки вверх.
— В сеть выложили нелицеприятные ролики обо всех министрах, но мы успели заблокировать сеть до появления ролика с вами… — произнёс Понедельный и стянул с Годфри платье-рубашку, обнажив его целлюлитные телеса.
— Это похвально, — Годфри почесал подбородок и прошаркал в ванную комнату, — Стало быть, дело рук Плеяды? — спросил Годфри и выкрутил краны на максимум, подставив себя тропическому масляному душу.
— Или вчерашнего Годрикиста, — прокричал Понедельный, пытаясь заглушить голосом разбивающиеся о плитку масляные струи.
— Какие о нём новости, кстати говоря? — Годфри выключил душ. — Раскололся?
— Увы… — Понедельный протянул боссу пушистое полотенце.
— Тогда прикажите его растопить, пользы от него меньше, чем от Шестиренковой чугумбы…
— Но… Мы до сих пор не включили в документ Времяустройства смертную казнь, — Понедельный снова потряс тоненькой книжкой, — Вы же сами протестовали! Собрать совет для внесения правок?
— Зачем? — Годфри надулся, пытаясь подавить смешок, но не выдержал и заливисто заржал. — Понедельный, не могу я с тебя! — голый правитель схватился за живот и предался смеховым конвульсиям, практически задыхаясь от истерики.
— Я… не понимаю…
— Ой… на то ты и неделька, не дано тебе сложные логические конструкции в шестерёнках выстраивать! — Годфри начал старательно вытираться, всё ещё подрагивая от смеха и трясясь, как холодец. — Я против введения смертной казни, чтобы осталась возможность ликвидировать неугодные объекты… Понимаешь? — снисходительно махнул головой Годфри и вылез из душевой кабины.
— Не-а… — Понедельный ошарашено посмотрел на своего босса.
— Ну, смотри: если в документе о Времяустройстве появится разрешение на смертную казнь, то её придётся проводить по всем правилам — год выжидать приговора, и применять в самых серьёзных случаях. На кой Антихрон нам такая канитель? — Годфри ступил ногами в штанины, что придерживал Понедельный, сидя на корточках у его ног.
— Но… ведь без закона никак нельзя!
— Мне закон не писан! — Годфри растянул широкую улыбку. — Коль общественность не прознала про этого Годрикиста, его можно ликвидировать без последствий! — невозмутимо произнёс правитель и просунул руки в рубашку.
— А почему вы точно так же не поступите с Годриком? Он ведь доставляет вам столько хлопот! — проговорил Понедельный, застёгивая мелкие пуговки.
— С ним не выйдет. Увы, — Годфри протянул руки в пиджак, — За ним следят не только граждане Часовинии и Часбурга, но и Плеяда, нельзя давать им компрометирующие поводы…
— Понимаю…
— И, Понедельный, как ты себе это вообще представляешь? Думаешь, совет проголосует «за» лишение жизни?
— А как иначе? Министры всегда соглашаются с Вашим Превосходительством! — невозмутимо ответил Понедельный.
Годфри пренебрежительно цокнул, покачал головой и произнёс:
— Это потому, что я всегда знаю наперёд их реакцию. А так называемая «мадам сижу» для всех министров дороже искрящегося соблазна. Любой закон всегда может обратиться против них, а они такого не допустят. — Верховный хмыкнул, — через сколько совещание?
Понедельный затянул серебристый галстук на шее Годфри и ответил:
— Через два с половиной часа!
— Поторопи всех, давай сегодня пораньше разделаемся! — сказал Годфри, и потянулся к ручке, чтобы покинуть спальню.
— Ботинки, сэр, — напомнил Понедельный.
— Точно! Значит, о чём мы там говорили? — Годфри нахмурился. — Ах да, вспомнил! Значит, сообщи Прицинкову, чтобы этого Годрикиста ликвидировал, он знает, что делать, и собери всех министров. А перед совещанием покажи-ка мне все эти ролики, жуть, как интересно!
Понедельный кивнул, и завязал бантики на лакированных оксфордах Годфри Года.
Не смотря на леденящий душу кошмар, правитель находился в отменном расположении духа, ведь ничего не поднимает настроение лучше, чем законная расправа. И если для Понедельного кодексом чести служил закон о Времяустройстве, то мораль Годфри Года продиктовывало собственное нутро. И плевать, что его нутро отливало забористой гнильцой.
----------
[1] Резолюция (лат. resolution — решение, разрешение) — решение, принятое должностным лицом или совещательным органом, международной организацией
Глава 9. Закинуть сеть
Компьютерный класс в школе Времени Средней Минутии был торжественно открыт более десяти лет назад, но учеников туда допускали так редко, что казалось, его давно уж законсервировали. Между школьниками ходил слух, мол, когда их допустят до компьютеров, на планету как минимум снизойдёт золотая холодянка, и хлопья позолоты будут кружиться над головами…
Но когда сэр Стрелкин открыл вожделенный кабинет, небо осталось безмятежным, и ни одной золотинки не пронеслось перед глазами, хоть ребятня вместо вычислительных машин первым делом устремилась к окну. Маленькие минутки видели компьютеры не впервые — их часто показывали в эфирах Глашатая, они стояли в почтовом отделении и в филиалах социальной службы, что не скажешь о пользовании. Пожалуй, никому из четвероклассников, кроме бывшего часа — Тима, Фредди с его элитарным дедом и, возможно, новичка, клацать по кнопочкам не приходилось. Как известно, времирную сеть в Минутиях и Секундиях отключили после Гвоздикового шествия около пяти лет назад, но по факту в этом не было никакой нужды, ведь почти никто из минуток и знать не знал: что это за времирная сеть и с чем её едят.