Покачивая головой, он прошелся по маленькой комнате, пытаясь игнорировать разрастающийся внутри гнев. Он остановился возле поцарапанного деревянного кухонного стола. Сверху на краешке газеты, датированной последним понедельником, был карандашный набросок человека в шапочке, свитере и джинсах. Должно быть, это парень из лифта. Его пульс ускорился.
– Ты нарисовала это? – он поднял газету.
Сара приблизилась к нему, выпустив вздох удивления.
– Бог ты мой! Этот человек был у меня в палате.
– Серьезно? А я подумал, что это человек из лифта, напавший на тебя на неделе. Шапочка, куртка… помнишь, Аманда описывала его?
– Тогда это тот же самый человек, потому что вчера именно он пытался меня задушить.
– Ты уверена? – спросил он, его пульс забился сильнее из-за обнаруженной зацепки. – Я думал, ты не рассмотрела его.
– Глаза те же. Это точно он.
– Ты должно быть нарисовала его. Аманда сказала, ты не могла вызвать полицию, поэтому сомневаюсь, что рисунок принадлежит кому-то другому.
– Думаешь, я? – удивленно поинтересовалась она.
Он кивнул.
– Я не удивлен, это отличный рисунок. Ты любила рисовать, когда мы вместе смотрели футбольные матчи. Если честно, ты часто рисовала одного персонажа в плаще и с большим золотым поясом с различными гаджетами. Как же ты его называла? – Он покачал головой, словно имя ускользало от него. – Он был кем-то вроде супергероя, Александр или что-то в этом роде.
Сара со странным блеском в глазах посмотрела на него.
– Александр?
– Что-то вспомнила?
– Нет, вообще-то, но звучит знакомо.
– Ты обожала рисовать лица. Забавно, что я сейчас подумал об этом, но ты никогда не фотографировала реальные лица людей, только делала скетчи. А когда бы я ни появлялся, чтобы посмотреть, чем ты занималась, ты сминала листок и выбрасывала его. Думал, ты стесняешься, но возможно ты не хотела, чтобы я увидел эти лица. Я часто интересовался, не рисуешь ли ты людей из своего прошлого, ведь у тебя даже не было фотографий твоих родственников.
Сара снова взглянула на зарисовку.
– Не помню, чтобы рисовала это, но, может быть, это все-таки была я.
– Слушай, а почему бы нам не попробовать? – предложил он.
– О чем ты? – осторожно спросила девушка.
Он передал ей через стол чистый лист.
– Нарисуй что-нибудь.
– Что? Я ничего не помню. Я не могу нарисовать прошлое, ведь его нет в моей памяти.
– Может, оно просто зарыто глубоко, – ответил он. – Сара, присядь. И просто попробуй.
– Джейк, пустая трата времени.
– У тебя есть идеи получше?
– Да, осмотреть квартиру.
Мужчина увидел не просто нежелание в глазах, но и страх, ведь он и раньше замечал эти непонятные эмоции, что были в настоящем раздрае. Сара хотела вспомнить свое прошлое, но она этого не делала. Неудивительно, что ее память все еще не вернулась, так как ее мозг постоянно получал странные и смешанные сообщения.
– Мы ее осмотрим, – произнес он. – Но сначала попробуем это.
После мимолетного волнения Сара села за стол. Он присел напротив и увидел, как она уставилась на листок.
– Понятия не имею, что ты хочешь вытащить из моей головы, – сказала Сара. – Она чиста как этот лист.
– Ты чересчур стараешься.
– Теперь значит, стараюсь? Обычно ты твердишь мне иное.
– Просто закрой глаза и начинай рисовать то, что придет на ум. Отпусти себя. Я знаю, ты сможешь.
На несколько секунд она уставилась на него, и он почувствовал, как от непрошенных и неуместных чувств переворачивается желудок.
– Ты все еще веришь в меня, – прошептала она.
Джейк прочистил горло, не желая сворачивать с намеченного пути.
– Рисуй, Сара. Все, что почувствуешь. Слушай свое сердце, а не голову.
Сара поднесла карандаш к листку, но рука не двинулась. Несколько долгих минут она оказалась в растерянности. Он начал было думать, что этот эксперимент действительно пустая трата времени, когда она вдруг начала выводить линии, сначала медленно, затем уже более сосредоточенно и с энтузиазмом. Через несколько минут девушка закончила. Она толкнула листок через стол и посмотрела на него.
– Я чувствую, что это очень важное место для меня.
Стоило ему взглянуть на рисунок, как кровь схлынула с лица.
– Джейк? Что такое? Ты знаешь это место? – обеспокоенно спросила она. – Что случилось?
Он не знал, способен ли вымолвить хотя бы слово. Он был просто ошарашен.
– Это дом, который я спроектировал для нас, тот самый, который мы строили вместе. Ты нарисовала его даже лучше, чем я.
Он взглянул в ее глаза и почувствовал, как лед, застывший в его сердце, начал таять. Сара вспомнила их дом, место, где они хотели провести оставшуюся жизнь, создать семью. Он никогда не думал, что она запомнила дизайн до мелких деталей настолько, что смогла один в один воссоздать его.