Сара согласно кивнула в ответ.
– Мне бы тоже не хотелось обедать на глазах у всех и чувствовать себя уязвимой, не будучи уверенной, что за нами не наблюдают.
– Почему бы нам не заказать китайской еды или пиццы? Что предпочитаешь? – он подошел к телефону и изучил несколько меню с едой на вынос, что лежали на кухонном столе. – Похоже, ты и раньше так делала.
– Китайская будет нормально. Я бы хотела…
– Говядину по-монгольски, курицу с кешью и жареного риса, – перечислил Джейк, перебив ее.
Она с удивлением посмотрела на мужчину.
– Именно это я и собиралась сказать.
– Знаю. Твои любимые блюда.
Она наклонила голову, подарив ему задумчивый взгляд.
– Странно быть с кем-то, кто знает тебя лучше, чем ты сама.
– Это не совсем правда, – вздохнув, произнес Джейк. – Я знаю ту, кем ты притворялась, когда была Сарой Такер. Но я начинаю задаваться вопросом, есть ли тот, кто знает тебя настоящую… включая тебя саму.
* * *
Дилан понятия не имел, какие травы Кэтрин Хиллиард положила в его горячий чай, но напиток стоил того. Он почувствовал себя бодрее и готовым заняться делом. К сожалению, Кэтрин заявила ему, что любые дальнейшие вопросы пока подождут, ей нужно выгулять своих собачек – двух золотистых ретриверов, которые, по-видимому, обожали океан. Со своего наблюдательного пункта на ее веранде он видел, как она закидывала палочки в воду, а собаки с энтузиазмом бросались в нее, не обращая внимания на грубые холодные волны.
Кажется, Кэтрин не волновало, когда собаки отряхивались от воды недалеко от нее. Она, безусловно, была приземленной женщиной в своей одежде, забрызганной краской, и с босыми ногами. Он не понимал, что заставило его – она или ее история о подруге Джессике – но он точно знал, что теперь хочет узнать о них обеих чуть больше.
Когда Кэтрин вместе с собачками двинулась дальше по пляжу, он вздохнул. Стало очевидно, что в ближайшее время они не вернутся, а значит, придется дольше подождать, а он ненавидел ожидания. Открытая дверь в дом Кэтрин привлекла его внимание. После ее изначальной осторожности она предложила ему лишь гостеприимство. Он не мог поверить, что она оставила его одного – абсолютного чужака – в собственном доме, совершенно не заботясь о безопасности своих вещей. Он мог вынести все самое ценное из коттеджа с того самого момента, когда она налила ему чашку чая, попросила чувствовать себя как дома и отправилась на пляж. С другой стороны, в ее доме и не пахло ценными вещами. Кроме очень маленького телевизора на кухонном столе никаких других электронных устройств Дилан не обнаружил, не было ни компьютеров, ни стереосистем, ни MP3-плееров – ничего, если только они не находились в спальне.
Не в силах противостоять соблазну собственного любопытства, он вернулся в дом, прошел через кухню в столовую, где был установлен ее мольберт. Он присел и просмотрел некоторые картины, которые нагромождали ее стену. То, что он увидел, удивило его. Он не был силен в искусстве, но мрачный тон работ Кэтрин безусловно отметил. Дилан нахмурился, изучая одну темную картину за другой. Цвета были красные, черные, коричневые, образы абстрактные, некоторые с призрачной тематикой, другие же казались настоящим злом.
В каждой ее работе чувствовалась определенное настроение – злость, беспокойство, раздраженность и чувство несправедливости. По крайней мере, глядя на ее картины, он испытал именно их. Как такая привлекательная молодая женщина рисовала столь темные моменты?
Картина на мольберте, на которой девушка, удивительно напоминающая Сару, сидела на красивом лугу, очень сильно отличалась от всех других работ Кэтрин. Словно художница хотела защитить свои воспоминания и образы о Джессике, поместив ее в спокойное и тихое место.
Что наводило его на вопрос: Джессика, подруга Кэтрин, случаем не их Сара?
– Вижу, вы уже чувствуете себя как дома, – произнесла хозяйка.
Дилан в удивлении обернулся. Она вошла настолько тихо, что он не услышал ее шагов. Чаще его инстинкты бывали чуть острее. Она должно быть оставила ретриверов на улице.
– Да. И спасибо за чай, – ответил он. – Он меня взбодрил.
– Просто мне показалось, что вам необходимо встряхнуться.
– Встряска точно не помешала бы, – сказал Дилан.
Она улыбнулась его дерзкому заявлению.
– То есть вы из тех мужчин, которые считает, что усталость – это слабость?
– Я не устал, – парировал он. – Я беспокоюсь о ребенке своего брата. Нам важно как можно скорее найти девочку.