Женщин — даже агрессивных цыганок — моему корешу бить неудобно. Вижу, покраснел. Правильно отец его воспитал.
А что женить хотел… Да можно подумать, его тут, в Москве, не окрутят. Не Ирка-прокурорша, с которой он живёт в Выхино, так другая найдётся.
Но сначала надо избавиться от ворованного — вернее, награбленного у спекуляток. Без всякой жалости выкидываю в шахту мусоропровода и дешёвый «Опал», и дорогие «Мальборо». Подумав секунду, туда же летит и замызганная тряпичная сумка.
Возвращаюсь домой довольный, хоть и выкинул, вообще-то, приличные деньги. Да и хрен с ними. После покупки аудюхи я окончательно понял, насколько богат по советским меркам.
Бейбут всё ещё в зале — доедает последний бутер. И самое интересное — листает книги.
Ищет заначки? Ха, оказалось — читает!
— «Человек, который дружил с электричеством»… — поднимает на меня глаза Бейбут, потрясая книгой. — Это как? Про электрика, что ли?
Откуда у меня в новой квартире книги? Да люблю я пройтись по толкучкам и комиссионкам. Самиздата ещё нет — вот и читаю старое, которое для меня одновременно новое. Купил уже книг тридцать, не меньше. В основном те, что когда-то читал и которые тогда зашли.
Вот и эта попалась — с прикольным названием. Отдал за неё целых пять рублей. Сам, правда, этот сборник американской фантастики ещё не читал. Но иногда одно название — уже повод купить.
Глава 11
Глава 11
Рассказ «Человек, который дружил с электричеством» в одноимённом сборнике — за авторством, как выяснилось, Генри Слизара. Я о таком не знал. Но замылить книгу и не дать другу — бывшему электрику (или они, как чекисты, бывшими не бывают?) — даже мысли не возникает.
И не потому, что обидится. Психика у Бейбута — дай бог каждому. Просто хочется поощрить внезапно проснувшийся у него интерес к чтению.
— Сам пока не читал. Бери. Почитаешь — скажешь, годно или нет.
— Годно. Я уже начал… — задумчиво тянет кореш. — А ты куда ходил?
— Сиги твои скинул, — честно вру я.
— Не понял?
— Да у нас тут барыга один на этаже живёт. Взял по оптовой… Вот ещё три сотни тебе.
Делаю максимально честную морду.
Бейбут посопел. То ли поверил, то ли в уме прикинул, сколько там пачек было и на какую сумму я его только что «облагодетельствовал».
— А сумка?
— С ней отдал. Понравилась она ему, — вздыхаю я. — Идём, надо готовить угощение. Гости скоро будут. Конины не нашёл, так что бешбармак твой сегодня будет из говядины с бараниной.
На самом деле конину я нашёл. И даже очень приличную. Просто покупать не стал. У меня конина почему-то стойко ассоциируется с собачатиной. А есть лошадку… или, не дай бог, собачку — я не готов.
Хотя, если подумать, собачье мясо у нас и сотруднику ЦК не купить. Тьфу! Аппетит себе сейчас испорчу.
— А главное в бешбармаке, знаешь что? Подливка из лука, томлённая в жире. Так батя меня учил, — важно делится секретами казахской кухни мой друг.
— А что, картошки не будет? — удивляюсь я. — Вроде ел с картошкой…
— Нет! Мясо, лапша и лук! Всё!
Ага. Ещё укроп, петрушка, перец и прочие стратегические добавки. Но пусть важничает, собака сутулая.
— Толян! Хорош по спине лупить! Видишь, я с ножом! — возмущается Бейбут, не оборачиваясь.
— Спину не горбать, не верблюд. Стой ровно, спортсмен ты или нет?
— Нет, не спортсмен… бросил я, Толяныч. Под дембель и бросил. И как ни просили на чемпионате дивизии выступить — не согласился. Да ну его — морды бить… Мужчина и без этого может быть интересен.
Опять чужие мысли в его голосе. Думаю, Иркины.
Звонок.
— Жалеп! Не успел маленько… — злится друг.
Вот всего месяц на родине побыл — а уже вспомнил казахский матерный.
— Аркаш, привет! Проходи!
В дверях стоит модный дядя в серебристых очёчках. Такие и Киркорову надеть не стыдно было бы. Или любительнице очков Собчак. Про неё, конечно, пока ничего не слышно, а вот Киркоров уже начинает раскручиваться — мелькает на экране.
— А где тапочки? — недоумённо озирается по сторонам Аркадий.
Он тоже приехал с вещами. Только не с сумкой, отжатой у представительниц кочевого народа, а, как и положено интеллигенту, со стильным дипломатом.
— Ты на кухню иди, там спроси.
Бейбут ему тапочки быстро найдёт. Белые. Мой казахский друг такого чистоплюйства не одобряет.
Повезло очкастому — повар занят. А то бы прошёл краткий курс «Как быть проще». Но гонор свой Аркадий по пути на кухню всё же подрастерял и сразу заговорил о делах.