— Слушай, хотела с тобой поговорить об одной деликатной теме, — после затянувшейся паузы (что для неё нетипично) вдруг заговорила Аюкасова.
— Залетела, что ли?
— А что, других деликатных тем не бывает? — хмыкнула она. — Есть у меня мысль уехать в другую страну. Насовсем. Но я подписывала какие-то бумаги по секретам…
— В другую страну? Зачем тебе это? — удивился я, так как племянница Горбачёва тут реально в шоколаде живёт. Пусть и недолго ей шиковать, но она-то об этом не знает!
На самом деле я не осуждаю. Вон Ивкин в Германию укатил — и, по всем раскладам, у него всё будет хорошо. А здесь… девяностые на подходе.
— Надоело всё. Неустроенность кругом, товаров всё меньше в магазинах…
— Ты же к распределителю прикреплена, — перебил я.
— Ну и что? В магазин-то всё равно захожу. Да и в кооперативе моём по нижнему белью бывают перебои с товаром. Некоторый товар и на распределителе не найдёшь. К тому же учиться надоело — трудно мне учёба даётся. И эта постоянная опёка! Будто я маленький ребёнок.
— Хорошо, бог с ней, с подпиской о неразглашении. Выехать на ПМЖ она тебе не помешает — это я как спец говорю. Но давай по пунктам. На что жить собираешься? Учиться ты не любишь, по бизнесу твоему с бельём… Спрос тут бешеный, а на Западе — ты же, надеюсь, на Запад едешь, а не в Мозамбик какой? — конкуренция дикая.
— Ой, Толя… — закатила глаза Светка. — Вообще-то можно просто выйти замуж. И забыть про деньги.
— Хорошо, хорошо… — поднял я руки. — Давай с другого конца. В какую страну собралась? Ну, английский немного знаешь, немецкий чуток в школе учила…
— И в МГИМО учу! А хотела в Швецию… или Норвегию…
Светка смотрит на меня испытывающе. Хочет прилепиться к Марте? Они ведь немного знакомы. Нет, такой радости я своей Марточке не желаю!
— Норвегия точно мимо, — отрезал я. — Скажу, чтобы тебе въезд закрыли. Ишь, чего вздумала!
Я, конечно, ничего никому закрыть не могу, но тут главное — врать с убедительной миной.
— Ой, подумаешь… Тогда в США! Язык я знаю.
— Ага, то есть можешь переводчиком работать. А ещё снег чистить и кирпичи класть, — припомнил я известную хохму из комедии.
— Ты что, издеваешься, да?! — обиделась Светка.
— Да я в принципе против США тебя не агитирую. Там реально уровень жизни повыше. Им деньги зарабатывать не надо — сколько надо, столько и напечатают.
— Так значит, поможешь?
— Я? Как это и чем?
— Ну ты же в начале следующего года в США летишь. В этот… как его… Портленд!
— Подслушала, что ли?
— Нет. Дядя сам сказал. Мол, твоего приятеля просят лично поприсутствовать на каком-то мероприятии. Это вообще не секрет.
— Ну допустим. А для тебя я что могу сделать?
— Попроси, чтобы меня с тобой отправили. Как помощника. Я в МГИМО на четвёртом курсе, у нас как раз практика на каникулах должна быть, — затараторила Светка. — А я там осмотрюсь. Понравится — не понравится. Хочу понять.
— А невозвращенкой не собираешься становиться? — спросил я с подозрением.
— Как Могильный? — усмехнулась она.
— Откуда про него знаешь? Нет, в прессе писали…, но где ты и где спорт?
— Я сейчас с хоккеистом одним встречаюсь. Так… даже не целовались толком, держу пока на дистанции. Он и рассказывал.
— А фамилия у него какая? — стало мне интересно.
— Кого? Парня? Серёжа Зубов.
— Так он же молодой для тебя. Сколько ему? Девятнадцать? — ляпнул я, не подумав.
Вот вроде умный я парень… Даже мужик. И женскую психологию, казалось бы, изучил на практике. Но нет — иногда такое брякну по дурости, что сам себе удивляюсь.
Следующие несколько минут меня били. Сначала руками. Потом диванной подушкой. Били с чувством, с толком, с расстановкой и гневными воплями:
— Это что, я старая, да?!
Пришлось притвориться, что мне очень больно и досадно, и признать, что Светка — юна, прекрасна и вообще вне времени. Заодно согласился, если будет возможность, взять её с собой в Штаты.
Хотя, если Аюкасова продолжит встречаться с Зубовым, то и без моей помощи туда уедет. Он же будущий защитник сборной: рейнджер, старз, два Кубка Стэнли, олимпийское золото… Зла этому хорошему парню я тоже не желаю.
Впрочем, вдруг у него там космическая любовь? Ведь молодого юниора держат на базе и девушек он не видит. А Светка способна достать где угодно. Даже в центре подготовки космонавтов.
Ей-богу, хоть я и коммунист, не вру. Сама рассказывала — был у неё один лётчик-испытатель…
В понедельник иду сначала закрывать больничный в нашу поликлинику, а потом, чуток припозднившись, — на работу.