— Ух ты… «Борьба с онанизмом в семье и школе», доктор Михайлов, 1925 год, Ленинград. А вот ещё: «Половой вопрос в условиях советской общественности. Техника удовлетворения естественных потребностей в полевых условиях», 1941 год, — с восторгом ребёнка, к которому на день рождения пришёл клоун, читает Бейбут. — А чего они все такие старые?
— От папы остались. Он врач был, — вздохнул дедок.
— Не надо тебе такие книжки, другие поищи, — сурово советую я.
— «Весёлая трава». Стихи для самых маленьких. Олег Бедарев, — тут же нашёл другую книгу мой начинающий книгочей.
Вот, блин, названия у книг!
— О, а это наша, казахская! В Алма-Ате выпустили в пятьдесят девятом году. «Культура поведения советского человека…»
— Вот её обязательно купи, — говорю я, не оборачиваясь, так как мне уже сунули в руки пяток новинок.
— «…после выпитой бутылки в компании классовых врагов», — дочитал название Бейбут до конца. — Исенгалиева В. А. написала. Кстати, был у меня перепихон с одной девочкой с такой фамилией.
— И у меня тоже, — блеснул очками продавец раритетных изданий.
Глава 19
Глава 19
Седина в бороду — бес в ребро. Именно так можно было охарактеризовать продавца книг Самуила Аркадьевича.
Пока я выбирал, что бы почитать, Бейбут со стариком уже успели обсудить ряд тем, которые… ну очень близки к порнографии и прочей похабщине. Они с увлечением принялись вспоминать разные случаи, приключившиеся с ними на любовном фронте.
Дедок, как выяснилось, в молодости был тот ещё ходок. Да и Бейбуту было чем похвастаться. Честно говоря, если бы я не знал, что мой друг врать не любит, — никогда бы не поверил в такое разнообразие личной жизни у солдата Советской армии. Вернее, внутренних войск.
Нет, «сексуальная» (в кавычках) жизнь у солдата, особенно первогодка, конечно, и так насыщенная. Их всегда можно найти за что «отыметь», и всегда можно заставить «затрахаться». Но это в переносном смысле.
Оказывается — не только.
В Бейбутовскую часть, стоявшую прямо в городе, мало того что девушки, бывало, сами приходили под забор… так их туда ещё и можно было привести. Благо неподалёку располагались общаги швейного училища.
Стою, читаю новую, 88-го года издания, фантастику неизвестного пока широкой публике красноярского автора. Я его, кстати, в будущем почти всего прочёл. А Бейбут тем временем рассказывает деду, как они втроём — он, киномеханик и почтальон — привели ночью в клуб на территории части трёх девчонок…
— А вот у меня случай был в шестьдесят втором, — едва закончилась история солдатской жизни, как Самуил начал свою — преподавательскую.
Если верить ему, то он не только аспиранток…, но и преподавательниц. И даже — как-то раз — проверяющую из райкома.
Да, были люди в то время! Нам с Казахом до таких «трудовых» подвигов далеко.
— Эту возьму. И вот эти три, — наконец сделал выбор я. — Бейбут, мы идём? Мне ещё на работу.
— Кстати, на боксёра ты не сильно похож — щупленький какой-то, — с недоверием смотрит на Бейбута книготорговец. — Вот тутошний мясник Жора — вот тот да! Ему даже предлагали за деньги боксировать… О! Хотите хохму расскажу?
И, не дожидаясь нашего согласия, начал:
— Подходят как-то к Жоре ребята и говорят:
— Слушай, надо выйти против американца Тайсона. Соперник его, мол, заболел. Простоишь раунд — сто рублей дадим.
Жора соглашается. Тайсон его весь раунд лупит — мужик стоит.
— Молодец, — хвалят его. — Если ещё раунд простоишь — пятьсот дадим.
Жора снова выходит. Опять получает плюхи, но держится.
— Слушай, — говорят ему перед третьим раундом, — если и третий достоишь, не упадёшь — тысячу дадим!
Жора подумал, подумал и говорит:
— Не, мужики… больше не могу. Сейчас я его сам пиздить начну!
Все ржут: и продавцы, и парочка книголюбов-покупателей.
— Толя, не было же такого? — поворачивается ко мне наивный Бейбут.
— Конечно, не было. Это анекдот. Тайсон сейчас просто зверюга. Я бы его бои с удовольствием посмотрел, но где? — вздыхаю я, пытаясь понять, правда ли то, что тут говорят про бои за деньги.
— Так они у меня есть, — азартно говорит старичок и лезет в объёмную сумку у ног. — Ха! Вы думаете, Самуил Аркадьевич только книжками живёт? Я вас умоляю…
Оказывается, этот старый еврей торгует не только литературой, но и видео- и аудиокассетами.
— Тут разные бои профи… и Тайсон попадается. Хорошие записи — сто рублей за кассету. Сам по восемьдесят брал.