— Нет. Не это главное, — покачал я головой.
Поворчав накануне, что я, мол, «не имею соответствующего допуска», моя подчинённая поведала, что к договору прилагается целый набор секретных приложений. Там тебе и планы применения ядерного оружия, и распределение фронтов на случай войны с НАТО, и конкретные направления ударов, и нормы мобилизационных сроков и прочее.
Но знать этого я пока, якобы, не должен. Как и о том, что вариант с превентивным ядерным ударом там тоже вполне всерьёз рассматривался.
— Предлагается принять новый «Политико-оборонный устав» ОВД. То есть сделать из него не просто военный союз, а ещё и политический форум безопасности. Это снизит страх союзников перед советским контролем.
— Что ж… приемлемо. И сильно, — одобрил Фалин. — А конкретнее?
— Новая структура управления, где главное — коллегиальное командование вместо единоличного советского. Это ключ к удержанию Восточной Европы в союзе. Не один центр в Москве, а система региональных командований: европейское, южное, средиземноморское и дальневосточное…
— А зачем нам дальневосточное? Кто там будет? — затупил Гриша, тем самым показав, что совсем не в теме моих предложений.
Зря Оксанка настояла пока не вмешивать в нашу работу руководителя сектора — выглядит Шумин сейчас бледновато: подчинённые, типа, сами чего-то там шурудят, а он ни сном ни духом.
Ну да ладно… не расстреляют же его за это.
— Новые члены: например, Вьетнам, Монголия, Куба, Сирия… — поясняю я.
— По Кубе — доктрина Монро, — напомнил Фалин.
— Потому и не лезем напролом, — киваю я. — Делаем три уровня участия. Полные члены — Европа и СССР. Ассоциированные — военное сотрудничество без жёстких обязательств. Наблюдатели — только политический диалог. Это расширит геополитический охват без прямой провокации НАТО. В качестве наблюдателя можно, например, Индию подтянуть.
Я сделал паузу и добавил:
— Но и это не главное. Мы слишком зациклились на НАТО, а они — на нас. Получается драка двух упрямых баранов на мосту: оба лбом вперёд, а воды под ногами всё больше. Я что предлагаю? Уйти от формулы «коллективная оборона против НАТО» к другой: общеевропейская система безопасности без блокового противостояния.
— Это как в «Двенадцати стульях», когда Остап Бендер собирал деньги на помощь детям… Или я чего-то не понимаю? Лозунг у нас фиктивный или всё всерьёз? — усомнился Болдин.
— Конечно, всерьёз, — поморщился более подкованный глава международного отдела. — И вообще, если всё правильно подать, то удар по НАТО выйдет очень даже чувствительный. Я про наше расширение и про европейскую безопасность. Вот только… не нарушит ли это планы Михаила Сергеевича?..
Оксанка таки умотала домой без меня. Работа работой, но не отменять же из-за неё маленькие радости личной жизни в виде секса? А его у женщины за сорок и так не слишком много.
Мы же вчетвером остались обсуждать уже не сами пункты — их мы с Ксюхой расписали как надо, — а то, как это подать, чтобы и Горбачёв, и остальные главы стран ОВД согласились.
— Но договариваться о нерасширении НАТО надо сейчас… — предупреждаю я.
— Толя, ты уже третий раз об этом талдычишь. Какое ещё расширение? Кого они туда могут принять? Европа и так почти вся либо у них, либо у нас. Нейтралы вроде финнов и австрийцев де-факто тоже под контролем НАТО, а Югославия — под нашим, — осадил меня Фалин.
И вот как мне им доказать, что расширение НАТО обязательно будет — и именно за счёт ОВД, а не нейтралов? Не скажешь же: «Задницей чую»…
Итого меня, конечно, местами почеркали, но чисто по верхам. Главное уцелело. Так что основные положения уже можно выносить на суд Горбачёва и наших пока ещё союзников.
Суть нового союза вырисовывалась такая: переход от советского единовластия к коллегиальному управлению, расширение через ассоциированное членство — с прицелом на Азию и Африку, превращение блока из чисто военного в политико-военную систему безопасности, дипломатическая линия на нерасширение НАТО — этим вопросом я всех, кажется, уже до икоты довёл, — и, наконец, встраивание в общеевропейские структуры безопасности.
На мой взгляд, это была единственная модель, способная одновременно удержать союзников, не дразнить НАТО лишний раз и сохранить геополитическое влияние СССР без прежнего жёсткого военного контроля.
А ведь уже темень. Судя по моим швейцарским, пошёл девятый час. Угрюмая пожилая уборщица уже раза три заглядывала к нам в кабинет, но выгонять такую публику, понятное дело, не решалась.
— Ладно, в понедельник закончим, — хлопнул по столу Фалин. — А то Вера Ильинична так гремит вёдрами, что ещё немного — и нам их на головы наденет…