— Товарищи! — встав во весь рост, громким голосом перекрыл я шум и гам. — Вижу, насколько важна для вас эта новость. Надеюсь, она не повлияет на отношения между социалистической Болгарией и СССР. Прошу, в целях ускорения, заслушать мой краткий доклад и, если сочтёте возможным, принять резолюцию.
И — сработало. Пока я зачитывал доклад, сознательно пропуская отдельные пункты — потом сами почитают, я им всё оставлю, — зал постепенно успокаивался. Но во время голосования за мою, а вернее Оксанкину, резолюцию женщины всё равно беспрестанно гудели, как разбуженный весной пчелиный улей.
По итогу, вместо лёгкого флирта со Стиляной, который по всем законам жанра должен был плавно перейти в застолье в ресторане — ну, не зря же её откомандировали за мной в гостиницу и не зря она так вырядилась, — мне пришлось спешно покинуть «жинок» и ехать с Игнатом в посольство.
— Ещё летом всё началось, — рассказывал он по пути. — Когда болгары турок погнали: мусульман буквально вынуждали уезжать. В итоге выехали три с половиной сотни тысяч человек, и Турция к августу просто закрыла границу. А в конце октября, после отстранения, появилось это письмо Младенова — с критикой…
Уже в посольстве Игнат просит:
— Посиди пока в приёмной. Я атташе поищу.
И почти сразу скрывается за дверью, прикрыв её не до конца.
В посольстве царила нездоровая суета. Я раньше считал, что наше представительство в Болгарии не является особенно большим по численности, но сегодня создалось ощущение, что людей кругом огромная толпа. Всё было в каком-то броуновском движении: тела, папки, мысли. Кто-то быстро проходил мимо, не здороваясь, кто-то останавливался на секунду, наклонялся к уху коллеги, бросал пару слов и тут же исчезал за дверью.
— …да, уже выступили…
— Нет, из Москвы пока тишина…
— Просил всех быть на площадке…
Фразы обрывались, как и телефонные звонки. Говорили вполголоса, но слишком часто и слишком нервно, чтобы это выглядело обычной рабочей суетой.
Я присел на стул у стены, который оказался неожиданно мягким. Напротив за столом восседала секретарша посла. Обычно наверняка спокойная — так как дама очень толстая и очень важная — сейчас она явно была на нервяке. Женщина то и дело поправляла стопки бумаги, проверяла телефон, смотрела на дверь кабинета посла и тут же отводила взгляд. Ручка в ее пальцах беспрерывно щёлкала, а когда зазвонил внутренний телефон, она вздрогнула и слишком резко схватила трубку.
— Да… да, одну минуту… — сказала она в телефонную трубку, и прикрыв её ладонью, быстро посмотрела по сторонам, опасаясь, что ее услышат лишние уши.
Мне было плевать на эту суету. На то, что там кого-то будут снимать, а кого-то, возможно, и сажать, — я был в курсе. Никакого удивления. Я знал, что всё к этому и идёт.
Мне-то что? Я сыт, более-менее выспался, суточные вот-вот дадут… Правда, денег с собой прихватил маловато. Оказывается, и у сотрудников ЦК КПСС есть свои лимиты. И весьма скромные.
Внезапно дверь кабинета посла приоткрылась, и оттуда высунулся… хрен его знает кто, но сразу видно — тип властный и важный, с благородным, даже породистым лицом.
Он быстро оглядел присутствующих.
— Верочка меня нет ни для кого. Приёма не будет. Ген, а ты зайди, — бросил он какому-то пухлому коротышке, который, как и я, сидел на стульчике.
Ещё парочка ожидающих без слов встала и потопала на выход. Я же, понимая, что дело у меня мелкое, уходить не стал. Но и к этому важному дяде лезть не собирался.
— Парнишка, ты ко мне? — заметило меня «ваше благородие». — Будь добр, зайди в другой раз.
— Я атташе жду… Вызывали, — позорно растерялся я, признав тот факт, что меня «вызывали».
— Не будет его сегодня. Он поехал по нашим воинским частям. Сам понимаешь после таких событий… Вопрос какой у тебя?
— А вы, так понимаю… посол? — поинтересовался я.
— Это сам Шарапов! Как стыдно не знать! — возмутилась, чуть ли взвизгнув, секретарша.
Ну да, конечно. Пришёл тут неизвестно кто и даже посла — первое лицо СССР в Болгарии — не знает.
А ведь точно… Это посол. Я запомнил его по фамилии — «Шарапов» в Союзе у всех на слуху.
— Виктор Васильевич, я Штыба, — обрадовался я, припомнив даже имя-отчество мужика.
Глава 3
Глава 3
— Штыба, Штыба Анатолий да… был помню… — теребит листки на столе секретарша. — Вот нашла… Боксер из сборной Европы прибыл на матч, который послезавтра. Вы, Виктор Васильевич, завтра хотели заехать к нашим ребятам, их трое в сборной, — быстро подсказала Верочка, тряся каким-то документом.