— Всё, не могу, — Вероника тяжело опустилась у сухого дерева, трясущимися руками достала бутылку и гулко глотнула из неё воды, — простите ребята, но дальше я не могу идти.
Она тяжело, с всхлипами дышала. Задрав рубашку, достала большой клетчатый, совсем не девичий, платок и обтерла красное мокрое лицо.
Лида сняла рюкзак, села на большой камень рядом с Вероникой, достала бутылку.
— Ну что ж, устроим привал.
Саша страдальчески возвёл глаза. Хотел что-то сказать, но Андрей опередил его.
— Вы посидите тогда здесь, — сказал Андрей, — а мы с Сашей пройдемся немного дальше.
— Не самая хорошая идея, — с тревогой сказала Лида, — нельзя разделяться.
— Мы не далеко отойдем. Лес здесь редкий, местность просматривается далеко вперед, не заблудимся. У Вероники вон какая яркая куртка, издалека видно. Если что — покричим.
Андрей двинулся вперед, следом за ним Саша. Они прошли всего несколько метров, но местность опять стала меняться. Пожухлый мох неприятно скрипел под ногами, каждый шаг поднимал небольшое пыльное облако, и они вздохнули с облегчением, когда впереди показалась поляна, густо заросшая травой. Стволы деревьев не облеплял мох, зеленые листья качались под порывами ветра. Этот лес был живой.
— Как у тебя с Лидой? — шепотом спросил Андрей.
— Да вроде все на мази, — так же шёпотом ответил Сашка, — кажется, я тоже ей нравлюсь.
— Ну да, ходите тут парочкой, отлипнуть друг от друга не можете… — с обидой произнес Андрей.
— Слушай, я же ничего не говорил тебе, когда ты с Мариной постоянно тусовался. Я же всё понимал, вот теперь и ты меня пойми. А вообще…
Андрей вдруг резко остановился и схватил Сашу за руку. Тот, прерванный на полуслове, с досадой уставился на друга.
— Смотри, что там? — Андрей вытянул руку.
Впереди за деревьями угадывался какой-то крупный предмет. Он казался чужеродным среди всей этой природной зелени, деревьев и кустарников. Андрей осторожно двинулся вперед, обогнул валун, вышел на поляну, подошел ближе и удивленно присвистнул:
— Да это же вертолёт…
Громадная машина зеленой камуфляжной расцветки лежала на боку, задрав вверх шасси. Одна из лопастей винта вертолета была сломана, две другие торчали в разные стороны, образовав букву V. Лобовое стекло, как ни странно, было целым, только покрытым толстым слоем грязи, переплетенными стеблями растений и пометом птиц, сквозь него невозможно было ничего рассмотреть.
— Смотри, верёвка, — толкнул Саша плечом друга. Не дожидаясь ответа, он скинул свой рюкзак, подошел к оплетенной зеленью верёвке, свисающей откуда-то сверху, подергал за неё, ухватился руками. Упираясь ногами в стенки поверженного вертолёта, он ловко вскарабкался, подтянулся и исчез в открытом люке. Вскоре сверху показалась его голова и он громко закричал, подзывая Андрея. Тот скинул свой рюкзак, опасливо подёргал за верёвку, но подниматься не стал. Вместо этого обошел кругом вертолёт, оглядывая его со всех сторон.
— Что за крики? — на краю поляны показалась запыхавшаяся Лида. — Мне показалось, или вы правда кричали? Ого… Вот это да…
Она подошла поближе, благоговейно прикоснулась к машине.
— Это же сколько он тут лежит? Смотри, весь зеленью покрылся… А где Саша?
— Саша внутри, — Андрей вдруг обозлился, принесла же ее нелёгкая, теперь точно вверх придется залазить. — Ты почему Веронику одну бросила?
— Да ничего с ней не случится, сидит там, водичку попивает и ноет… Если что случится, мы совсем рядом, крики спокойно можно услышать. Вот по этой верёвке он забрался?
Лида скинула рюкзак, ухватилась покрепче за верёвку и, упираясь ногами так же, как и Саша, стала подниматься. Дождавшись, пока она скроется в люке, Андрей, проклиная про себя всё и всех, ухватился за верёвку.
Внутри было темно. Ветки рядом стоящих деревьев заслоняли свет, сквозь разбитые круглые иллюминаторы проросла трава. Обшивка покоробилась, часть оторвалась, и в открывшихся внутренностях проглядывали покрытые плесенью разноцветные кабели.
Андрей вслед за Лидой стал пробираться к кабине пилота через поваленные кресла. Перелазить через них было тяжело, ноги проваливались в прогнившей обшивке, застревали между пружинами. Что-то громко чавкнуло под ногой, и он обмер, решив, что наступил на труп какого-то зверька, но это был всё тот же напитанный влагой поролон из сидений. В дверном проеме кабины показался Саша, молча смотрел как они пробираются к кабине, не высказав никакого удивления при виде Лиды.