— Конечно верю, — изумился тот, — вот совсем скоро нас найдут спасатели и мы вернемся.
— Спасатели… — тусклым голосом произнесла девушка, и пошла дальше, опустив голову, — тут нет никаких спасателей, неужели ты не понимаешь… Мы все здесь умрём… А это только начало.
Андрей, ошарашенный ее словами, остановился, пытаясь подобрать слова для возражения, но, почувствовав в спину сердитый толчок от Геннадия, молча продолжил свой путь.
Вернувшись к дому, ребята собрали высохшее белье с веток деревьев, занесли в дом. Повесили котел над очагом, налили туда воду и разожгли костер.
— Что здесь случилось? — спросила Лида, разглядывая беспорядочно разбросанные дрова у очага, подсыхающую лужу у стены.
— Мы всё расскажем после завтрака, — ответил Степан.
— Может, не стоит пугать девочек? — прошептал ему Костя.
Степан отрицательно покачал головой и тоже шепотом ответил.
— Они должны знать что происходит. Предупреждён — значит вооружён…
Ожидая, пока закипит вода, Лида раскладывала треугольные упаковки сэндвичей, Гена с Сашей убрали лишние дрова в поленницу под лестницей, сложили аккуратной стопкой на лавку разбросанные мешки. Таня сидела за столом рядом с Вероникой и наблюдала за всеми.
— Вода будет долго закипать, давайте, выкладывайте, — не выдержала она.
Андрей посмотрел на Степана, дождался кивка, и, вздохнув, стал рассказывать свои утренние злоключения.
После его рассказа все молчали. Затем Татьяна спросила:
— Ты узнал девушку, которая появилась?
— Нет. — помотал головой Андрей. Марина, это была Марина. — У нее лицо было закрыто волосами, да и я был в таком состоянии, что ничего не соображал.
— Это какие-то фокусы со временем, — Степан крутил в руках сигареты. Видно было, что ему очень хотелось закурить, но в помещении дымить при девочках он не решался. — Не знаю, кто на это способен…
— Ты говоришь, тот деревянный идол стоял на дорожке, ведущей к дому? — спросила Лида, и, не дожидаясь ответа, встала и решительно направилась к дверям.
— Куда? — вскочил Степан, — я кому говорил… — покачал головой ей вслед и сказал всем, — пойдёмте за ней, нельзя никому оставаться в одиночестве.
Когда они гурьбой высыпали из дома, Лида уже стояла напротив деревянных истуканов. Худенькая девичья фигурка выражала упрямство, плечи высоко подняты, руки засунуты глубоко в карманы.
— Ну куда ты убежала, — Саша подошел к ней, несмело обнял за плечи, — пойдем в дом.
Лида не двигалась. Обернувшись на всех, она легонько кивнула на безликого истукана. Андрей присмотрелся и внутренне застонал.
Один край деревянной тоги на изваянии по-прежнему был накинут на левое плечо, но на правом боку на уровне талии виднелся ремень, также вырезанный из дерева. К нему крепились деревянные же ножны. Мастерство неизвестного резчика было несомненным — на ножнах виднелась тщательно вырезанная дорожка из прошивки, две пуговки и торчащая рукоять ножа с заклёпкой были неотличимы от настоящих.
— Этого же не было? — дрожащим голосом спросила Вероника, — не было же ножа вчера у него…
— Может, сожжём этих истуканов? — громко спросил Саша. — Они деревянные, сгорят без остатка.
Степан в сомнении покачал головой.
— Мне кажется, не стоит этого делать. Никто не знает, чем это кончится.
Когда они вернулись, вода в котелке уже закипела. Поели без аппетита, убрали за собой мусор. Остаток дня просидели на крыльце, наблюдая за лесом и за деревянными идолами. Обсуждали, что делать дальше, но не пришли к единому мнению. Степан настаивал, что этот день они должны провести здесь, в доме. Он надеялся, что может кто-то вернется из группы Павла. У остальных уверенности в этом не было. Все помнили руку на берегу и прекрасно понимали, что человек с такими увечьями выжить не может. И совсем уже было непонятно, как рука могла двигаться.
Опросили девочек, откуда она вообще появилась, но те не смогли прояснить ситуацию. То ли она выпрыгнула из реки, то ли упала с неба, они не заметили. Просто в один далеко не приятный момент девушки услышали крики чаек. Они стаей летали над чем-то, что слабо шевелилось на камнях, и громко кричали. Заинтересовавшись, девушки подошли поближе и, к своему ужасу, увидели страшный предмет.
— Там рядом траншея, — задумчиво произнес Степан, — если рука могла двигаться, то она могла… эммм… доковылять до реки из леса, с той стороны, куда ушли ребята…
— Даже если не принимать во внимание тот факт, что рука вела себя как живая, тут много непонятного. Какое животное могло это сделать? — помолчав, спросил Гена. — Скорее всего, оно разорвало тело Павла на куски. А наш начальник безопасности был очень крупным мужчиной. Если животное напало, то неужели остальные трое просто сбежали? Не могли ребята так сделать, они с Павлом огонь и воду прошли… Господи боже мой, а это животное не может к нам наведаться? Сюда, в дом…