– Хорошо, – решился он. – Я согласен. Но нужно уточнить детали с Алиной Андреевной. Возможно, она предпочтёт, чтобы с ней поехал кто-то другой.
– Спасибо! Сейчас свяжусь с ней, потом с отделом кадров насчёт билетов и гостиницы. Поезд в семь вечера с Ленинградского вокзала, встретитесь там.
После разговора Артём откинулся в кресле, пытаясь привести мысли в порядок. Командировка с Алиной. Целый вечер в поезде, ночь в одном городе, утро на важных переговорах. После недель осторожного наблюдения издалека ему предстоит провести с ней больше времени, чем за все прошедшие дни вместе взятые.
С одной стороны, это возможность. Может быть, наконец удастся поговорить с ней нормально, без официальности и напряжения. Объяснить хотя бы частично, что произошло десять лет назад. Показать, что он изменился, что сожалеет о прошлых ошибках.
С другой стороны, это риск. Алина не дура, она уже что-то подозревает. Вчера на совещании он несколько раз ловил на себе её изучающий взгляд. Возможно, она начала связывать его появление в компании с недавними инцидентами безопасности. А длительное время наедине только усилит её подозрения.
Но выбора не было. Отказаться от командировки значило бы вызвать лишние вопросы у руководства. А главное – упустить шанс, который может больше не представиться.
Телефон зазвонил. Внутренний номер – звонила Алина.
– Морозов, слушаю.
– Артём Дмитриевич, это Ковалёва. Игорь Михайлович сказал, что вы согласились поехать в Санкт-Петербург?
Голос официальный, но Артём уловил в нём напряжение.
– Да, согласился. А вы?
Пауза. Он почти физически чувствовал, как она взвешивает все за и против.
– Проект важный, – наконец сказала она после паузы. – Не могу позволить личным... обстоятельствам помешать интересам компании.
Личные обстоятельства. Десять лет боли, разрушенной любви и непонимания она называла личными обстоятельствами. Как будто речь шла о мелкой размолвке между коллегами.
– Понимаю, – ответил максимально ровно. – Тогда встречаемся на вокзале.
– До свидания.
Короткие гудки. Алина отключилась, не дав ему времени добавить хоть слово. Но уже то, что согласилась ехать, много значило. Профессиональный долг для неё по-прежнему превыше личных переживаний.
Артём провёл остаток дня в подготовке к поездке. Изучил информацию о банке "Северная корона", их требования к безопасности, специфику IT-систем в банковской сфере. Подготовил презентацию с ответами на возможные вопросы.
Но мысли постоянно возвращались к предстоящей поездке. Как себя вести? Пытаться разговорить её или держать дистанцию? Объяснять прошлое или сосредоточиться на настоящем?
К вечеру он понял: стратегии нет и быть не может. Всё будет зависеть от её настроения и реакции. Ему остается только быть готовым к любому повороту событий.
На Ленинградском вокзале Артём появился за полчаса до отправления поезда. Нашёл их вагон, проверил билеты. Купе номер четыре, два места. Стандартное размещение для деловой поездки.
Алина пришла минута в минуту – ровно за десять минут до отправления. Выглядела собранно и официально: строгий костюм, небольшой чемодан на колёсах, деловая сумка через плечо. Волосы убраны в строгий пучок, минимум косметики. Образ успешной бизнес-леди, для которой эта поездка – обычная рабочая командировка.
– Добрый вечер, – поздоровалась она сухо.
– Добрый вечер. Вагон четвёртый, наше купе рядом с проводником.
Они прошли к поезду, нашли своё место. Купе оказалось стандартным: две нижние полки, столик, небольшой умывальник. Уютно, но очень компактно. Особенно когда между пассажирами царит напряжённая атмосфера.
Ковалева Алина Андреевна заняла место у окна, достала ноутбук и бумаги. Артём устроился напротив, тоже открыл свои материалы. Внешне всё выглядело абсолютно профессионально: два коллеги готовятся к важной встрече.
Но Артём чувствовал каждое её движение, каждый взгляд. Когда поезд тронулся и за окном замелькали огни Москвы, он несколько раз ловил себя на том, что смотрит не в документы, а на её лицо, освещённое экраном ноутбука. В мягком свете монитора были видны тонкие морщинки усталости у глаз, лёгкая тень под скулами. Она работала на износ все эти годы, строя карьеру, доказывая всем и себе, что способна на большее.
Она изменилась за эти годы. Стала более уверенной, более сдержанной. Но некоторые привычки остались: как она покусывает губу, когда сосредоточена, как непроизвольно касается шеи, когда нервничает, как прищуривается, читая мелкий текст. Эти детали он помнил наизусть, как любимое стихотворение.