— Государственного масштаба? — Алина резко поднялась, опрокидывая стул. — А моя безопасность? Моя карьера? Моя жизнь? Это тоже государственная тайна?
Артём понимал её гнев, понимал право на эту злость. С её точки зрения он действительно выглядел предателем и лжецом. Но как объяснить, что каждая вынужденная ложь резала по живому? Что он мечтал открыться ей полностью, но не мог поставить под угрозу операцию и жизни коллег?
— Алина, прошу, выслушай меня до конца, — он тоже встал. — Я не причастен к утечке. Более того, знаю, кто это сделал.
— И кто же?
— Вероника Филатова. Она работает на ту же группировку, которую мы пытаемся обезвредить.
Алина замерла, переваривая информацию.
— У тебя есть доказательства?
— Пока только подозрения. Но я намерен их раздобыть.
— Зачем? — в голосе Алины звучала безграничная усталость. — Зачем тебе помогать мне, если твоя драгоценная операция важнее всего остального?
Артём сделал шаг к ней, но она инстинктивно отступила.
— Потому что я тебя люблю. И потому что не позволю им разрушить твою жизнь из-за моей работы.
— Любишь? — Алина издала звук, похожий на смех, но полный горечи. — Какая часть наших отношений была правдой, Артём? Что ты чувствовал ко мне на самом деле?
— Всё было правдой, — сказал он тихо, но отчётливо. — Каждое "люблю тебя", каждая ночь в твоих объятиях, каждый поцелуй... Я лгал о работе, но никогда не лгал о своих чувствах.
Ольга коснулась плеча подруги:
— Алин, нам пора. Здесь слишком много народу.
— Да, — Алина схватила сумку дрожащими руками. — Артём, если действительно хочешь помочь — найди того, кто меня подставил. А пока... пока мне нужно время всё осмыслить.
Они ушли, оставив Артёма одного за столиком с остывшим кофе и болью в груди. Он заказал ещё американо и достал телефон.
— Игорь, это я. Начинаем копать Филатову с особым пристрастием. Мне нужно всё — связи, финансы, переписка, покупки. Каждый рубль, каждый звонок.
— Ты окончательно решил? Это может скомпрометировать всю операцию.
— Операция уже скомпрометирована по самые помидоры. Они знают, кто мы. Единственный шанс — опередить их и нанести упреждающий удар.
Следующие часы Артём провёл в конспиративной квартире, методично изучая досье на Веронику. Игорь работал через свои источники, пытаясь установить её связи с подозреваемыми.
К обеду картина начала проясняться.
— Гляди сюда, — Игорь ткнул пальцем в экран ноутбука. — Три месяца назад наша красавица Филатова покупает квартиру в центре. Цена вопроса — два миллиона долларов. При её официальной зарплате это физически невозможно.
— Откуда деньги?
— Формально — кредит в банке "Северная корона". Но посмотри на условия. Процентная ставка в три раза ниже рыночной. Это не кредит, это откровенная взятка под прикрытием.
Артём внимательно изучил документы.
— "Северная корона"... Тот самый банк, с которым работала команда Алины.
— Именно. И ещё одна пикантная деталь — поручителем по кредиту выступил некий Андрей Викторович Сомов.
— Фамилия знакомая...
— Родной брат Дмитрия Валерьевича Сомова, начальника службы безопасности компании Алины.
Пазл складывался в отвратительную картину. Вероника получала деньги от банка, связанного с преступной группировкой. Прикрытием служил фиктивный кредит под поручительство брата главы корпоративной безопасности. А тот, в свою очередь, обеспечивал нужную информацию и "правильные" результаты внутренних расследований.
— Целая сеть, — пробормотал Артём. — Банк, служба безопасности, инсайдер в топ-менеджменте...
— И наша операция им крепко помешала, — добавил Игорь. — Поэтому решили нас нейтрализовать через Алину.
— Но просчитались. Думали, угроза заставит меня отступить. Получили противоположный эффект.
Артём схватился за телефон. Нужно срочно предупредить руководство об обнаруженной сети и запросить санкцию на активные действия.
Разговор с начальником оказался коротким и результативным. Получив карт-бланш на операцию, Артём приступил к планированию.
— Нужны железобетонные доказательства, — сказал он Игорю. — Что-то неопровержимое — для руководства компании и для следствия.
— Банковские документы недостаточно?
— Мало. Нужна переписка, записи разговоров, прямые свидетельства связи с преступной группировкой.
— А если спровоцировать их? Провести контролируемую встречу с записью?
Артём задумался. Идея рискованная, но может сработать.