— Алина Андреевна! — к ней подскочила Ольга с горящими от любопытства глазами. — Ну рассказывай абсолютно всё! Как прошла операция? Этого Воронцова действительно арестовали?
— Действительно, — кивнула Алина, проходя в свой кабинет. — Вместе со всеми его сообщниками. Больше никто не посмеет угрожать нашей компании.
— А консультант? — Ольга проследовала за ней по пятам. — Тот самый красавец, который тебя охранял? Где он сейчас?
Алина почувствовала, как на щеках появляется предательский румянец.
— Артём? Он... занимается своими служебными делами.
— Артём?! — Ольга едва не подпрыгнула от возбуждения. — Ты назвала его по имени! И покраснела! Алинка, между вами что-то было?
— Оль, — Алина села за стол, отчаянно пытаясь унять смущение. — Мы обсудим это позже, хорошо? Сейчас мне действительно нужно подготовиться к переговорам.
— Ага, значит, есть что обсуждать! — торжествующе воскликнула подруга. — Я так и знала! Ты стала совершенно другой в последние дни.
— Другой в каком смысле?
— Более... светлой что ли. Счастливой. А сегодня вообще сияешь, как новогодняя ёлка.
Алина невольно улыбнулась. Значит, внутренние перемены заметны не только ей самой.
— Хорошо, — сдалась она. — Вечером созвонимся, всё подробно расскажу. Но сейчас действительно нужно сосредоточиться на работе.
— Договорились! — Ольга направилась к выходу, но у двери остановилась. — Алин, а он... этот Артём... он хороший человек?
— Самый лучший, — ответила Алина, и в её голосе звучала такая искренняя убеждённость, что подруга удовлетворённо кивнула.
— Тогда я искренне за тебя рада. Давно пора было!
Переговоры с потенциальными клиентами прошли на удивление успешно. Алина презентовала новую версию их системы безопасности — уже абсолютно настоящую, без ложных элементов, которые использовались для поимки Воронцова. Заказчики были впечатлены возможностями продукта, и к концу встречи удалось договориться о пилотном внедрении.
Выходя из переговорной, Алина испытывала глубокое профессиональное удовлетворение. Работа развивалась по намеченному плану, карьера продвигалась успешно, команда была сильной и сплочённой. И теперь к этому добавилось ещё одно важнейшее измерение жизни — личное счастье.
Телефон мягко завибрировал — сообщение от Артёма: "Как прошли переговоры? Ужасно скучаю."
Алина улыбнулась и быстро набрала ответ: "Отлично! Новый крупный контракт практически в кармане. Тоже очень скучаю. Когда увидимся?"
"Через час буду полностью свободен. Может, прогуляемся перед ужином?"
"Прекрасная идея. Встречаемся у метро в семь?"
"Договорились. Люблю тебя."
"И я тебя."
Алина убрала телефон, не переставая улыбаться. Как легко и естественно они теперь говорили о любви. Словно эти слова всегда существовали между ними, просто терпеливо ждали своего времени.
Вечерняя Москва встретила их первым настоящим снегом сезона. Крупные пушистые хлопья медленно кружились в воздухе, постепенно превращая город в сказочную зимнюю картину. Алина шла под руку с Артёмом по нарядной Тверской, наслаждаясь его близостью и ощущением праздника, которое дарил падающий снег.
— Помнишь, как мы в детстве ловили снежинки языком? — спросила она.
— Помню прекрасно. Ты серьёзно утверждала, что можешь определить на вкус, с какого именно облака упала каждая снежинка.
— А ты говорил, что это полная чепуха, — рассмеялась Алина. — Но всё равно старательно ловил.
— Потому что ты просила, — Артём остановился и повернулся к ней лицом. — И потому что рядом с тобой любая чепуха казалась разумной и важной.
Они стояли посреди заснеженной улицы, и прохожие обходили их стороной, добродушно улыбаясь влюблённой паре. Артём осторожно смахнул снежинку с её розовой щеки.
— Знаешь, о чём я думаю? — сказал он задумчиво.
— О чём?
— О том, что хочу создавать с тобой новые воспоминания. Хочу, чтобы наши дети тоже ловили снежинки и верили в чудеса.
У Алины перехватило дыхание. В его словах было столько искренней нежности, столько светлой надежды на будущее.
— Наши дети, — повторила она медленно. — Как странно это звучит. И как правильно одновременно.
— Ты готова к этому? — спросил Артём серьёзно. — К семье, детям, всем радостям и сложностям семейной жизни?
— С тобой — готова абсолютно ко всему, — ответила она без малейших колебаний. — Даже к тому, что ты будешь разбрасывать носки по всей спальне.