Он опустился на одно колено прямо в снег.
Время остановилось. Весь мир сжался до этого момента: заснеженный сад вокруг них, бриллиантовые звёзды над головой, и Артём на коленях перед ней с маленькой бархатной коробочкой в дрожащих руках.
— Алина Андреевна Ковалева, — сказал он, и голос его сорвался от волнения. — Хочешь ли ты стать моей женой?
Алина смотрела на него — на этого мужчину, которого любила всю сознательную жизнь, которого потеряла и обрела снова, — и не могла вымолвить ни слова. Слёзы ручьями текли по щекам, но она их не чувствовала. В коробочке сверкало кольцо — простое, изящное, с одним бриллиантом, именно такое, о каком она втайне мечтала.
— Я знаю, что мы оба повзрослели, — продолжал он, и голос становился всё тверже. — Знаю, что у тебя есть своя жизнь, карьера, планы. Но я хочу стать частью всего этого. Хочу просыпаться рядом с тобой каждое утро и засыпать каждую ночь. Хочу поддерживать твои мечты и делиться своими. Хочу детей от тебя, дом с тобой, старость рядом с тобой.
— Тём, — прошептала она, но он ещё не закончил.
— Я буду хорошим мужем, клянусь тебе. Буду беречь тебя, но не буду ограничивать. Буду защищать, но не буду контролировать. Буду любить тебя каждый день сильнее, чем вчера, и строить нашу жизнь так, чтобы ты никогда не пожалела о своём выборе.
Он достал кольцо из коробочки, и оно засверкало в свете фонарика, как маленькая звезда.
— Алина, выходи за меня замуж. Будь моей женой, моей спутницей, матерью моих детей. Будь моим всем.
Где-то очень далеко взорвались праздничные фейерверки, раскрасив небо золотыми и серебряными вспышками. Новый год пришёл, принеся с собой новую жизнь, новые надежды, новое счастье.
На мгновение в голове промелькнула паника: «А вдруг я не справлюсь? А вдруг снова всё испорчу?» Но глядя в его любящие глаза, Алина поняла — страх остался в прошлом.
— Да, — сказала она, и голос её прозвучал удивительно твёрдо и уверенно. — Да, тысячу раз да! Да, я буду твоей женой!
Он поднялся с колен и надел кольцо ей на палец. Оно село идеально, как будто было создано специально для неё, как будто десять лет ожидания были именно тем временем, которое потребовалось для того, чтобы этот момент стал возможным. А потом он поцеловал её, и в этом поцелуе была вся их история: боль расставания в двадцать лет, годы поисков и одиночества, случайная встреча в офисе, недоверие и сопротивление, медленное сближение, взрыв страсти, глубокая любовь и, наконец, обещание общего будущего.
— С Новым годом, невеста моя, — прошептал он ей в губы.
— С Новым годом, жених мой.
Они стояли, обнявшись, под усыпанным звёздами небом, пока фейерверки расцвечивали зимнюю ночь всеми цветами радуги, и Алина думала о том, как удивительно устроена жизнь. Десять лет назад он ушел, разбив им обоим сердца ради её безопасности. Десять лет они были чужими людьми, жили разными жизнями, пытались двигаться дальше. А теперь вот — они помолвлены, и кажется, что всё было именно так, как должно было быть. Что все эти годы были нужны для того, чтобы они стали теми людьми, которые способны построить настоящее счастье.
— Твоя мама знала, да? — спросила Алина, когда они медленно пошли обратно к дому.
— Конечно знала. Это же мама. Она всегда всё знает наперёд.
— И про пруд тоже всё подстроила?
— Она сказала, что предложение должно быть в особенном месте, где есть память о нашей любви. Я рассказал ей про наш летний разговор о звёздах и Новом годе, и она сказала: "Тогда только у пруда, под небом. Это будет идеально."
Она засмеялась сквозь слёзы счастья.
— Я её обожаю. Она как волшебница.
— А она тебя. Кстати, она уже заказала себе платье для матери жениха. И ещё сказала, что будет вязать пинетки, пока мы не дадим ей внуков.
— Пинетки, — повторила Алина мечтательно, представляя маленькие жёлтые носочки и крошечные ручки. — А сколько детей ты хочешь на самом деле?
— Сколько ты мне подаришь.
— Двоих точно. Мальчика и девочку.
— Идеально. А может, и больше — посмотрим, как пойдёт.
Они подошли к дому, где в окнах горел тёплый свет и играла негромкая музыка — Ирина Сергеевна ждала их с шампанским и тортом, который пекла специально для этого момента.
— Аля, — сказал Артём, останавливаясь у самого крыльца. — Я хочу, чтобы ты знала: я не собираюсь торопить тебя со свадьбой. Можем быть помолвлены сколько захочешь, планировать не спеша...
— Весной, — перебила она его, не раздумывая.
— Что?
— Свадьба. Весной. В мае, когда всё цветёт и пахнет яблонями. Хочу, чтобы наша свадьба была в том же саду, где ты сделал мне предложение.
Он улыбнулся той самой улыбкой, в которую она влюбилась еще в юности и в которую продолжала влюбляться каждый день.