— Доброе утро, невеста, — сказал он, обернувшись и улыбнувшись той улыбкой, которая делала её счастливой просто фактом своего существования.
— Доброе утро, жених.
И Алина подумала: как же хорошо, что иногда сказки случаются в реальной жизни. Даже с теми, кто в них уже давно не верил.
Особенно — с ними.
Глава 24
За окном их загородного дома крупными хлопьями падал пушистый снег, укрывая деревья тяжелым белым одеялом. Алина стояла у окна с горячей чашкой зеленого чая, наблюдая за тем, как зима берет свое. Но внутри, в просторной гостиной, пахло корицей, мандаринами и горящими березовыми поленьями.
Она сделала глоток и перевела взгляд на ковер у камина. Там разворачивалось масштабное строительство: Артём, вооружившись диванными подушками и пледами, возводил неприступную крепость. Внутри крепости звонко смеялась Лида, командуя "стройкой" с той же безапелляционной уверенностью, с какой сама Алина когда-то управляла IT-отделами. А рядом, путаясь в пледе и смешно хмуря брови — точь-в-точь как отец, — пытался пристроить к башне плюшевого медведя маленький Дима.
Алина невольно коснулась жемчужного колье на шее — подарка Ирины Сергеевны. Того самого, в котором она выходила замуж.
Их свадьба действительно состоялась в мае, как она и хотела. Под цветущими яблонями, осыпавшими их белыми лепестками вместо традиционного риса. Это был тихий, невероятно светлый день, без сотен малознакомых гостей и корпоративного пафоса. Только самые близкие, клятвы, написанные от руки на плотной бумаге, и абсолютная, железобетонная уверенность в том, что теперь всё правильно.
После того как дело Воронцова было закрыто, их жизнь изменилась кардинально, но эти перемены оказались именно теми, о которых они мечтали. Алина ушла из корпорации, оставив позади бесконечные интриги и борьбу за выживание. Она открыла собственное консалтинговое агентство по аудиту информационной безопасности. Теперь она сама выбирала клиентов, сама устанавливала правила и, главное, сама распоряжалась своим временем.
Артём сдержал слово. Он перешел на преподавательскую и аналитическую работу в Управлении. Больше никаких глубоких внедрений, никаких легенд и рисков не вернуться домой. Его опыт теперь служил для подготовки новых агентов, а вечера принадлежали только семье.
— Папа, стена падает! — возмущенный голос Лиды вырвал Алину из воспоминаний.
— Держу, командир! — Артём ловко подхватил падающую подушку, щекоча дочку, отчего та залилась заразительным хохотом. К веселью тут же присоединился Дима, с разбегу бросившись отцу на спину.
Алина смотрела на эту кучу-малу и чувствовала, как горло сжимает от нежности. Всю свою взрослую жизнь она искала безопасности в карьерных достижениях, в строгом контроле, в независимости. А оказалось, что настоящая безопасность выглядит именно так: разбросанные игрушки, смех детей и мужчина, который смотрит на тебя так, словно ты — смысл его существования.
В гостиную заглянула Ирина Сергеевна, вытирая руки о кухонное полотенце.
— Так, строители, марш мыть руки! Пирог с яблоками готов.
Дважды повторять не пришлось. Дети с радостным визгом бросились в сторону ванной, сопровождаемые бабушкой, которая на ходу обещала им самые большие куски, если они не зальют водой весь пол.
В комнате воцарилась внезапная тишина. Артём поднялся с ковра, отряхнул джинсы и подошел к Алине. Он обнял ее со спины, привычно скрестив руки на ее животе, и положил подбородок ей на плечо.
— О чем думаешь? — тихо спросил он, глядя вместе с ней на падающий снег.
— О времени, — Алина накрыла его ладони своими. — Помнишь, как мы жалели о тех десяти годах, которые потеряли?
— Помню. Я долго не мог себе простить, что украл их у нас.
— А я поняла, что ничего мы не потеряли, Тёма, — она повернула голову, чтобы встретиться с ним взглядом. — Если бы мы не прошли через ту боль, мы бы никогда не научились так ценить то, что имеем сейчас. Мы должны были стать теми, кем стали, чтобы суметь построить всё это.
Артём улыбнулся — открыто и тепло. Он мягко забрал у нее чашку, поставил на подоконник и развернул Алину к себе.
— Знаешь, я каждый день анализирую угрозы, разрабатываю протоколы защиты, учу людей предвидеть худшее, — сказал он, глядя ей в глаза. — Но когда я смотрю на тебя, на наших детей, на этот дом... у меня в голове только одна мысль.
— Какая?
— Уязвимостей не обнаружено. Система работает идеально.
Алина рассмеялась, обнимая его за шею.
— Профессиональная деформация, господин следователь. Но мне нравится этот отчет.