Государственный сектор народного хозяйства, частично планирующий своё развитие на трудовой потребительностоимостной основе (часть консорциумов необходимо организовывать в пределах консорциума), и вся остальная экономика, работающая на рыночной основе, также с вкраплениями остальных успешных консорциумов — вот что представляется закономерной картиной предстоящего этапа экономического развития.
В таких условиях нужно понять — как эти вкрапления сделать центрами кристаллизации для роста новой системной практики. Именно в этот момент станет востребована полномасштабная межотраслевая система управления знаниями — её общеэкономический смысл заключается прежде всего в распространении успешных практик за пределы узких коллективов, в которых они были достигнуты. А это приведёт к постепенному переключению все новых субъектов экономики на более эффективный метод планомерного развития.
Помимо МОСУЗ, которая должна стать проводником новой системы, нужен ещё катализатор преобразований, чтобы мы не ограничивались отдельными, пусть и взаимодействующими на сетевой основе случаями практического применения. Гигантскую роль на этой стадии способен сыграть государственный сектор экономики.
Его система заказов должна быть построена на основе цифровой платформы, обеспечивающей прозрачность его планов развития[157], целевой функции развития и потребностей в кооперации. Эта прозрачность проявит возможности для сотрудничества с прочими секторами, привлечёт новые субъекты, заинтересованные в долгосрочном сотрудничестве. Это и будет уже не пилотное, а массированное внедрение новых позаказных производств. В первую очередь в самых высокотехнологичных секторах. Взаимодействие государства и монополий сведётся к объективному развитию условий производства, а не к непроизводительному перераспределению ресурсов (в т. ч. по схеме на рис. 1).
Подводя итоги параграфа и главы, приходим к предложению о создании межотраслевой системы управления знаниями, государственного сектора как ядра социально-экономического развития и системы его заказов, как агента распространения трудовой потребительностоимостной концепции управления развитием общества в целом. Можно констатировать, что мы предлагаем соединить научно-технический прогресс и государственно-монополистическое развитие. О деталях такого соединения подробнее говорится в четвёртой, заключительной главе нашей работы.
Глава 4 ВЕДУЩАЯ РОЛЬ СИСТЕМЫ НАРОДНОГО ХОЗЯЙСТВА ГОСУДАРСТВЕННОГО СЕКТОРА В РАЗВИТИИ НА ТРУДОВОЙ ПОТРЕБИТЕЛЬНО- СТОИМОСТНОЙ (ТПС) ОСНОВЕ
§ 1. Преимущества первоочерёдного развития государственного сектора при государственно-монополистическом капитализме
1. Необходимость интеграции усилий государственного сектора и иных секторов для социально-экономического развития
Потенциал государственного сектора для применения трудового потребительностоимостного критерия выбора инновационных проектов создаётся единой собственностью в этом секторе. Это даёт возможность внедрять проекты, неэффективные при стоимостной оценке в экономически обособленных предприятиях, но создающие значительные потребительные стоимости. Теория трудовой потребительной стоимости (ТПС) неприменима в частных обособленных предприятиях, как и стремление к стиранию различий между людьми умственного и физического труда (поскольку это различие зависит от общества в целом, а не искусственно созданных местных условий).
Государственные секторы капиталистических экономик — относительно новое явление, так как эпоха капитализма свободной конкуренции сделала привычной частную инициативу абсолютно во всех областях, включая оборонные производства и иногда даже пенитенциарную систему (частные тюрьмы в США). Тем не менее, необходимость развивать производительные силы за счёт разработки и внедрения новых технологий — прежде всего в оборонной отрасли, но не только — заставила сформировать схему взаимодействия между государством и корпорациями, наподобие проиллюстрированной на рис. 1. Что хорошо иллюстрирует понятие «государственно-монополистический капитализм». Выше мы говорили, что потенциал этого метода взаимодействия себя, судя по стагнации венчурной отрасли в последнее десятилетие, исчерпал. Мы в качестве нового метода взаимодействия предложили использовать интеграцию уже (разрозненно) существующих структур поддержки инноваций (таких как базовые кафедры НИИ и корпораций в вузах, междисциплинарные учебные курсы, корпоративные акселераторы, студии акселерации, экспертные сети и деловые сообщества) в планомерно развивающиеся инновационные консорциумы. Работающие над разработкой, актуализацией технологических дорожных карт развития и привлекающих к их реализации инициативные команды и необходимые ресурсы. Мы назвали эти системы в их полном варианте межотраслевыми системами управления знаниями (МОСУЗ).
Отметим, что такая интеграция через взаимодействие направлена на реализацию скрытого потенциала развития, в его формулировке в терминах всеобщей организационной науки (тектологии)[158]: «Системное расхождение заключает в себе тенденцию развития, направленную к дополнительным связям[159]». То есть интеграция за счёт дополнительных рабочих взаимосвязей между столь разными по своему контексту организациями, как НИИ, вузы, корпорации и государственный сектор, а также государственные органы власти, направленная на общие цели, означает реализацию возможностей для развития. За счёт схождения в общей деятельности форм, без него существующих в разных контекстах, разных внешних средах.
При этом эти интегрируемые элементы могут принадлежать как государственным корпорациям и учреждениям, так и частным.
Консорциум как организационная форма достаточно гибок для этого. Но формальная инициатива должна исходить от государства, так как в противном случае не удастся организовать взаимодействие частных партнёров с управленцами госструктур, связанными своими негибкими регламентами работы.
Чтобы проявить сущность этой интеграции, нам будут полезны такие два термина из тектологии, как централистические и скелетные формы организации. Под централистическими формами организации[160] во всеобщей организационной науке подразумеваются формы, концентрирующие активности (силы и их вектора), под скелетными формами организации — фиксирующие активности, закрепляющие их в данной форме[161]. Примерами централистических форм являются планетные и все прочие астрономические системы, все воспроизводственные системы (в том числе экосистемы), планетарная модель строения атома, организации с иерархией (вплоть до авторитаризма и армейской дисциплины) и все прочие системы, отличающиеся циклическим функционированием и/или подчинением сконцентрированной силе. Примерами скелетных форм является центральная нервная система (во главе с мозгом) в организмах, языки (естественные и искусственные), классификации понятий и прочие формы, основанные на специализации за счёт снижения разнообразия в структурах пограничных областей (что повышает прочность границы) и создания таким образом искусственной среды с тепличными условиями для областей внутренних. Как «экономический человек Робинзон», который может существовать лишь в рамках допущений соответствующей экономической теории.
Структуры централистские — характеризуются наличием центра, к которому тяготеют и с которым тесно связаны, подчиняясь ему, все части систем. Центр концентрирует активности всех частей. Централистский тип структуры всего более концентрирует активности, создаёт возможности максимального их накопления в одной системе.
Структуры скелетные состоят из двух частей — пластичной и скелетной. Пластичность означает подвижный, гибкий характер связей системы, лёгкость перегруппировки её элементов. Чем пластичнее система, тем больше в ней образуется комбинаций при изменяющихся условиях. По преимуществу фиксирует активности, закрепляет их в данной форме, обуславливает максимальную прочность системы.