И чтобы найти причину для встречи, он добавил:
— Ты прочла Сэлинджера? Я тебе давал когда-то, помнишь?
— Да, брат, Андрей! — Оля произнесла "брат Андрей" с интонациями Санитара, что было смешно, если, опять же, к телефонной линии никто не мог бы подсоединиться. — Подъезжай к Текстильщикам… Встретимся у метро…
Не вдаваясь в суть надуманной "причины" (встреча родственника на вокзале), заместитель начальника с лёгкостью отпустил Сашку с работы. И уже через час юноша был на месте, поднимался по эскалатору, выходил из метро и ждал опаздывавшую девушку.
Был летний полдень. Безучастно Саша наблюдал за прохожими. Из-за бессонной ночи он воспринимал действительность будто сквозь какую-то пелену, то и дело впадая в мимолётный сон, во время которого успевал что-то увидеть, где-то побывать, но после пробуждения ничего не в состоянии воссоздать в памяти.
По тротуару мимо него прошли дети, лет десяти-двенадцати: два мальчика и девочка. Мальчики шли с боков, как полагается настоящим кавалерам, и внимательно слушали свою спутницу, что-то с энтузиазмом им рассказывавшую.
"Они оба в неё влюблены", — подумал Саша, — "Хотя сами этого не понимают"…
Дети прошли мимо Саши. Он уловил обрывок речи девочки:
— …Ровно через год, на этом же самом месте, в двенадцать часов дня…"
В этот момент она посмотрела прямо на Сашу, и ему показалось, что девочка сказала это ему. Пока он соображал, дети прошли мимо, остановились у телефонной будки. Мальчишки остались снаружи, а девочка, вошла в будку, стала набирать номер. Через несколько минут она вышла. Саша услышал, как хлопнула тяжёлая дверь за её спиной. Мальчишки взяли её за руки, и все трое, стали переходить дорогу. На другой стороне улицы дети вошли в стеклянное здание кафе. Саша видел, как девочка раньше других прошла вдоль ряда столиков, села у окна, стала смотреть на улицу. Мальчишки пропали в глубине здания и долго не появлялись. Если бы Саша не проследил за ними с самого начала, то не знал бы сейчас, кто сидит в кафе за столиком у окна. Но стоя на тротуаре и время от времени посматривая через дорогу, он представлял себе хрупкую фигурку девочки, в лёгком ситцевом платье, милое личико с каштановыми волосами по плечи.
"Интересно, смотрит ли она на меня?" — думал он, — Или ей нет дела до длинноволосого идиота на тротуаре…"
"Конечно, нет никакого дела", — сказал он себе, когда увидел, что к столику подошли двое мальчишек с подносами и начали выставлять тарелки. — "А что, если это она мне назначила свидание через год? Что, если взять и придти? Вдруг будет чудо? Вдруг она тоже придёт?… И вспомнит "идиота на тротуаре"… И скажет в удивлении, увидев меня:
— Это вы?.. И вы, правда, поверили и пришли?
— Да… — отвечу я. — Я ждал ровно год — как вы мне сказали… Ведь, я догадался, что из-за нашей разницы в возрасте год назад вы не могли быть моей… Но своею чистой душою вы страстно полюбили с первого взгляда одинокого юношу… И вот теперь нам ничто не мешает признаться в любви…"
— Брат Андрей! — услышал Саша знакомый голос, вздрогнул от неожиданности, пробуждаясь, — и увидел перед собой Ольгу.
Девушка была в пёстрой рубашке, с рюшечками на плечах, и гофрированной чёрной юбке.
— Ну, рассказывай! — сразу начала Ольга, ухватив юношу под руку и увлекая его куда-то прочь от метро, мимо кафе и мимо девочки в окне, наклонившейся над тарелкой, но всё же поднявшей голову и посмотревшей на улицу, когда Саша проходил мимо.
И Саша рассказал все свои злоключения, начиная с возвращения в Москву и кончая вчерашним звонком. Он умолчал об издевательствах в отделении милиции, но проницательная девушка, догадавшись, спросила:
— Они тебя били?
— Били… — подтвердил Саша, и добавил: — Не то, чтобы очень, но всё равно — унизительно…
— Ой, брат! — сочувственно проговорила Ольга, сжимая его локоть. — Теперь они хотят тебя запугать ещё больше! Но ты не сдавайся! Не падай духом! Они ничего тебе не сделают! Если бы хотели, то могли бы уже тогда… — Девушка замолчала, видимо, не зная, как ещё успокоить юношу.
Молодые люди прошли молча несколько минут.
— И кто же мог обокрасть квартиру? — прервала паузу Оля.
— Понятия не имею! — Саше уже надоела эта тема. На самом деле ему хотелось встретиться с девушкой вовсе не для того, чтобы выслушивать слова утешения. — Мало ли кто? Воры…
— Да… — вздохнула Ольга. — И у меня тоже всё не сладко…
Она не стала дожидаться, пока Саша станет расспрашивать о её делах и начала сама…
Девушка рассказала о том, что она перезванивалась с женихом из Америки. Что он сообщил ей о своих тщетных попытках получить въездную визу и предложил ей фиктивный брак со своим знакомым, который, возможно, скоро приедет в Советский Союз. Ей это, конечно, не нравится, а выхода нет. Но и надежд мало даже на фиктивный брак из-за множества неопределённостей.
— Американцы не любят обманывать своё Правительство, — заключила она свой рассказ.
Саша внимательно слушал подругу, и на сердце его "скребли кошки" из-за того, что Ольга совсем не думала о его отношении к ней и только терзала его чувства и растаптывала даже всякую надежду, играя роль подруги и товарища по несчастью.
Внимательно вглядевшись в лицо девушки, Саша только сейчас заметил, что оно сегодня было некрасиво: усталое, с отёками под глазами, по всей видимости — от бессонницы.
— Ты выглядишь утомлённой, — заметил он.
— Да, не удивительно… Ещё бы! — согласилась Оля.
Они поравнялись с кинотеатром, где шла французская комедия "Зануда". Увидев афишу, девушка предложила посмотреть фильм. Сеанс как раз начинался. Саша взял два билета, и молодые люди поспешили в зал, где после закончившегося киножурнала, только что погасили свет. В темноте они сели на какие-то пустые места и, сразу забыв о своих проблемах, погрузились в жизнь Запада.
Ольга обхватила Сашину руку, прижалась к его плечу и прошептала:
— Ой, как мне хочется быть там!..
Фильм оказался очень смешным, хотя и о наёмном убийце, всё время пытавшимся застрелить какого-то политического деятеля; но его случайный сосед по номеру в гостинице, в честь которого и назван фильм, сам того не ведая, никак не давал ему этого сделать.
В зале весело смеялись. Смеялась и Ольга, и её спутник. И когда зажёгся слабый свет, и титры пошли по экрану, а зрители начали вставать с мест и спешить к выходу, — обоим не хотелось покидать кинотеатр, возвращаться в мир, откуда удалось ненадолго сбежать.
Они выходили самыми последними, своей медлительностью, видимо, действуя на нервы билетёрше, готовившейся закрыть за ними выходную дверь металлической скобой. Оказавшись на улице, они остановились.
Вечер ещё не наступил. Но солнце уже было где-то за домами. Они пошли по улице, вспоминая и обсуждая только что увиденные смешные эпизоды, чтобы хотя бы таким способом продлить удовольствие и оставаться "там". Но вскоре они исчерпали все сцены. И тогда действительность приступила, молча давя и напоминая о том, что она — неизбежна.
Ольга остановилась у аппарата с газированной водой.
— У тебя нет "трёшки"? — спросила она. — Пить очень хочется.
— Есть.
Саша вытащил из кармана "мелочь". Поддерживая снизу Сашину ладонь с деньгами, девушка стала искать трёхкопеечную монету. Её движения показались Саше замедленными, будто он продолжал смотреть фильм, только фильм этот уже был другой, про его собственную жизнь. И что-то в ней испортилось. Вот почему фильм прокручивался с другой скоростью…
Целую вечность девушка искала нужную монетку, а потом мыла стакан… Наконец, Саша увидел, как её рука, обнажённая почти до самого плеча, опустила "трёшку" в прорезь аппарата, как, примерно, пол часа спустя мигнул свет, и ещё через час потекла струя пенистой белой жидкости… И текла она целую вечность… Затем аппарат загудел, выплюнул порцию газа, с остатками воды, и замер. А Ольга медленно поднесла стакан ко рту и, закрыв глаза стала жадно пить…