Я все еще пытаюсь это опровергнуть.
— Ну же, брат, мне нужна твоя помощь, — умоляю я. Ненавижу просить его, но мне действительно нужен его совет. Я несчастен в любом случае и должен знать, как это исправить. Он делает глоток пива, прежде чем ответить мне.
— Извини, братишка, но простых решений не бывает. — Никакой помощи. У него одно из его настроений Далай-ламы. Любой совет будет образным и в итоге приведет меня в никуда — или именно туда, где я должен быть, как он выражается.
Это самое худшее.
— Я не ищу легкого решения, просто подтолкни меня в правильном направлении, — говорю я с настороженной улыбкой. По многолетнему опыту я знаю, что могу легко победить настроение Далай-ламы, попросил его снова.
Джеймс удивленно смотрит на меня в течение короткого мгновения, а затем широко улыбается и резко трет рукой мою голову. При этом он громко смеется.
— Это тебе, мой младший брат, — кричит он, продолжая ерошить мои волосы самым болезненным способом.
— Я больше не маленький ребенок, Джеймс, — говорю я ему, пытаясь убрать его руку со своей головы. Его улыбка исчезает, сменяясь хмурым взглядом.
— Я знаю это, — мягко сообщает он мне, — никто из нас не маленький. — Его голос пугает меня, и я смотрю на него. Глаза брата отстраненные, словно он видит призрака, а на лице написано, что он пережил больше, чем, по его мнению, должен был. Его смена настроения приводит меня в замешательство.
Через минуту-другую он качает головой и возвращается к тому веселому брату, которого я помню.
— Так что Сэм говорит об этой ситуации? — спрашивает он с самой невинной улыбкой, на которую только способен, посыпая солью мои открытые раны. Я громко стону, а он хихикает над моим дискомфортом.
— Я не разговаривал с ней уже несколько недель, но ты и так это знаешь.
— Знаю. Я просто не оставлю тебя в покое, — извиняется он. — Здесь нет простых ответов, Ал. Тебе придется попытаться разобраться во всем самому. — По-прежнему никакой помощи. — Но, — начинает он, и я навостряю уши, — я могу дать тебе небольшой совет по этому вопросу.
— Пожалуйста, — умоляю я, и он смеется надо мной.
— Ладно, ладно, убери эти щенячьи глазки. Они опасны.
Я широко улыбаюсь, и Джеймс следует моему примеру.
— Ты должен следовать за собой, — говорит он. Джеймс смотрит на меня, а потом начинает громко смеяться. Видимо, мое растерянное лицо выглядит уморительно. Я понятия не имею, о чем он говорит.
Следовать за собой? Что бы это ни значило.
— Ты должен следовать этому, — говорит он мне, тыкая в грудь. Понимание приходит мгновенно, и мое растерянное лицо озаряется пониманием. Он смеется и над этим.
Похоже, я смешон, даже когда не пытаюсь.
— Это, — показываю я на свое сердце, — самая запутанная часть меня, — сообщаю я ему. Он кивает головой, как будто понимает.
— И так будет до тех пор, пока ты не поймешь, чего хочешь. — Он делает паузу. — Ты разберешься, я знаю. Ты — умный мальчик. — Он делает еще один глоток пива.
— Держу пари, ты даже уже знаешь, чего хочешь. — По правде говоря, я знаю, чего хочу, уже много лет, но от этого не легче. Единственная вещь, которую я хочу, не хочет меня.
Сэм.
Я просто киваю головой. Джеймс крепко обнимает меня и нежно гладит по спине. Я обнимаю его в ответ.
— Ты не поймаешь ничего, за чем не будешь гнаться, — говорит он мне из наших объятий. Я небрежно отстраняюсь и киваю в знак согласия.
— Держу пари, Сэм ждет тебя. Назови это братской интуицией или чем-то в этом роде.
Я хихикаю и встаю, чтобы уйти. Повернувшись к Джеймсу, я отряхиваюсь.
— Спасибо за совет, не уверен, насколько он поможет, но спасибо.
— В любое время, братишка, в любое время. — Я улыбаюсь ему, и он улыбается в ответ. Джеймс вскакивает на ноги и снова обнимает меня.
— Я люблю тебя, братишка, — мягко произносит он в мою макушку.
— Я тоже тебя люблю, старший брат, — говорю я ему в ответ.
Джеймс возвращается в Афганистан на следующий день. Им очень нужна его помощь, говорит он с легкой долей юмора.
Глава 24
4 года назад
Шестнадцать лет
Октябрь
Я несчастен, но делаю храброе лицо, чтобы не привлекать внимание Кейт. С того первого раза мы занимались сексом несколько раз, но лучше от этого не стало. На самом деле, каждая наша встреча превращается в сексуальный опыт.
Я превратил эту девушку в нимфоманку.
Но это просто секс, не более того; что-то физическое, без эмоциональной составляющей.
Секс, определенно, меняет отношения в паре. Если Кейт кажется более влюбленной и привязавшейся ко мне, то я не могу вызвать в себе таких же эмоций. Я больше не чувствую близости между нами, не так, как раньше.
Тепло исчезло.
Не то, чтобы я мог сказать об этом Кейт. Она от всего в восторге. Я почти уверен, что видел свадебный журнал в ее комнате на днях. Да, я до сих пор не уверен, как отношусь к этому маленькому событию. Я всего лишь молодой школьник. Меня больше волнует сдача экзамена по химии, я не думаю о браке.
Уверен, что это просто фантазия.
Я надеюсь, что это фантазия.
Я больше не могу ни о чем говорить с Сэм. На самом деле, я не сказал ей ни слова со своего дня рождения в июле. Я очень скучаю по ней, но она, очевидно, приняла решение.
По крайней мере, скоро начнется футбольный сезон. Наконец-то, у меня будет что-то, что отвлечет меня от всего того дерьма, что происходит в моей жизни. Я люблю футбол; все, о чем мне приходится думать, — это игра и тренировки. К тому же, они так сильно изматывают меня, что не остается времени думать ни о чем другом, кроме как о передышке.
Вот почему в этот самый момент я нахожусь в раздевалке и переодеваюсь для тренировки. По сути, это два часа, в течение которых тренер пытается убить нас беговыми упражнениями. Люблю это за то, что после них я так устаю, что не могу даже сконцентрироваться на движении, не говоря уже о чем-то другом.
Идеально.
Конечно, не помогает и то, что Калеб «Кейбл» МакКензи тоже в команде. Не очень хорошо иметь напоминание, когда пытаешься что-то забыть. Хорошо, что он практически не замечает меня все это время и остается со своими друзьями на другом конце поля. Мне удается уловить обрывки их разговоров, когда я пробегаю мимо, но это никогда не было тем, что я хотел бы подслушать.
В этот раз все по-другому.
Они говорят о Сэм.
И, хотя я уловил всего несколько фраз из разговора, это ничего хорошего не сулит. На самом деле, это то, что мне совсем не хотелось бы слышать. Теперь я знаю о сексуальной жизни Сэм больше, чем когда-либо хотел знать, — если, конечно, я в ней не участвовал. Мой предательский мозг начинает собирать воедино целые видео порнофильмы с участием Сэм.
Ненавижу это, но ущерб нанесен, и теперь я изо всех сил стараюсь не заплакать.