— Этот браслет — физическое воплощение обещания, которое я дал тебе, — говорю я ей, указывая на браслет, — постоянное напоминание о том, как сильно я в тебя верю. — Из ее глаз падает одна слезинка, и я быстро ловлю ее пальцем. Она мягко улыбается, и мне становится теплее от этого.
— Может, ты уже сделаешь предложение, трусишка? — говорит она мне.
Я улыбаюсь ее раздражению и заключаю Сэм в крепкие объятия. Поцеловав ее в макушку, я успокаивающе глажу ее волосы.
— Не волнуйся, — шепчу я, — скоро.
Третья фаза проходит успешно.
Наши дни
Мэри и Нейт спешат к доктору, когда он подходит ближе. Мы с Кейт, Итаном занимаем места сзади, но в пределах слышимости.
— На данный момент мы ввели ее в медикаментозную кому.
Мэри хнычет, и Нейт обхватывает ее руками. Даже из-за его спины я вижу вопрос, играющий на его губах. У меня такой же.
— Что вы имеете в виду? — спрашивает Нейт.
Доктор делает вдох, словно пытаясь собраться с мыслями.
— Похоже, у неё очень высокое внутричерепное давление. Из-за этого случился припадок, который, в свою очередь, вызвал остановку сердца. Без анализов мы не можем быть уверены, но введение в кому облегчит ее состояние и даст нам время все выяснить. Надеюсь, это займет всего несколько дней, но нужно быть готовым к тому, что это затянется надолго. В практике известны случаи, когда это длилось месяцами. — Глаза Мэри при этом становятся чуть шире. — Пока что я хочу понаблюдать за ней. Думаю, через пару дней мы будем готовы разрешить посетителей, — заканчивает доктор, и мы все, нехотя, киваем головой.
— Каковы ее шансы? — спрашивает Нейт, похоже, только что подумав об этом.
— Не буду вам врать, риски могут быть велики, тем более, что она уже больше недели находится в коме, — объясняет доктор. Он выглядит усталым и сомневающимся, но честным. — Я должен сказать вам, что есть шанс, что она не выйдет из комы, когда мы попытаемся ее вывести. Вы должны быть готовы к такой возможности. Мне жаль, что я не могу сообщить вам лучших новостей.
Нейт кивает, и доктор удаляется, чтобы заняться другим пациентом. Я просто стою в растерянности, не зная, куда идти и что делать.
Это будет очень долгая пара дней.
***
Сегодня мы попытаемся разбудить Сэм. Врачи говорят, что им нравится прогресс, который они наблюдают в ее состоянии, и они считают, что сейчас самое время ее разбудить. В любом случае, они хотят посмотреть, как Сэм будет себя вести после пробуждения. В коме нет ничего определенного, и они могут только предполагать — обоснованно, но все же предполагать — как она восстановится или какие у нее будут побочные эффекты.
Единственный способ узнать наверняка, что произойдет, — это разбудить ее и посмотреть.
Последние несколько дней прошли в фильмах, Sidetrack, сне и визитах к Сэм — когда врачи, наконец, разрешили. Я рассказываю ей о своем дне и о том, чем занимался с тех пор, как видел ее в последний раз. Она, конечно, только лежит, но почему-то от того, что я ей об этом рассказываю, мне становится легче. Я рассказываю ей о сомнениях и страхах, которые у меня есть в отношении неё. Возможно, она уже в курсе о большинстве из них, поскольку так хорошо меня знает, но мне приятно вынести их на всеобщее обозрение.
Смогу ли я быть тем мужчиной, который ей нужен?
Смогу ли я взять на себя ответственность заботиться о ней, если случится худшее?
Смогу ли я помочь ей пройти физиотерапию? Достаточно ли я силен?
Их можно перечислять бесконечно, но я стараюсь придерживаться общих вопросов, а конкретные оставляю на собственное усмотрение.
Нейт и Мэри ни разу не отходили от Сэм с того момента, как получили возможность навещать ее; все время хотя бы один из них находится рядом с ней. Доктор распорядился, чтобы они оставались с ней в палате даже не в часы посещения. Иногда я остаюсь с ними, но в основном позволяю им побыть с ней наедине. Но видеть Мэри рядом с ней — это душераздирающее зрелище.
Кейт и вся остальная банда при каждом удобном случае пытаются вывести меня из депрессивного состояния. Они дважды вытащили меня в кино, один раз — в Sidetrack и несколько раз в торговый центр — это была Арианна, хотя не похоже, но она обожает торговый центр. Я ценю все, что они для меня делают, и это помогает мне отвлечься от всего, что происходит с Сэм.
Они — отличные друзья, и мне повезло, что они у меня есть.
Доктор достает шприц и вводит содержимое в капельницу.
— Может пройти несколько часов, прежде чем она очнется. — Никто не двигается, доктор смотрит на каждого из нас, а затем, молча, кивает в знак согласия и выходит из палаты.
Кажется, что часы тикают все медленнее и медленнее. Комната словно находится во временном пузыре, где время остановилось. Секунды превращаются в минуты, а минуты — в часы. Это нервирует.
Тяжелое чувство надежды, смешанное с отчаянием, сковывает воздух и тяготит всех нас. Мэри и Нейт перебираются в кресла и садятся, так как время тянется, а она все не просыпается. Итан начинает ходить по комнате, изучая различные случайные предметы — заговоренное растение, подоконник, даже выключатель под телевизором. Квентин и Арианна, похоже, довольны тем, что держатся друг за друга и наблюдают за странным проявлением «синдрома запертого человека» у Итана. Мои родители остаются рядом с Конами, а Дженнифер парит возле меня и Сэм. Я нежно держу ее за руку, рассеянно поглаживая пальцами руку Сэм.
Дженнифер успокаивает, когда вот так сжимает мою руку. Я поражаюсь ее силе для четырнадцатилетнего подростка. Уверен, что, если бы спросил её, то она сказала бы, что это от Сэм.
— В любой момент, Ал, она откроет глаза, посмотрит на тебя и улыбнется самой яркой улыбкой, которую ты когда-либо видел, — мягко говорит мне Дженнифер, быстро сжимая мою руку, чтобы подчеркнуть это. Я киваю и смотрю на лицо Сэм в поисках хоть какого-то знака, что она приходит в себя.
Ничего.
— Надеюсь, что так. Не хочу думать, что будет, если нам придется ждать еще две недели, — комментирую я достаточно тихо, чтобы только она могла меня слышать, — или дольше. — Я содрогаюсь при мысли о последней части. Последние две с половиной недели были сущим адом, и я не хочу их повторять, если это возможно.
Двенадцать часов ожидания начинают тяготить людей, и Мэри уже на грани срыва, когда доктор возвращается, чтобы проверить состояние Сэм. Никто не шевелится, пока он осторожно приподнимает каждое веко и светит ей в глаза. Затем проверяет пульс и внимательно изучает каждую распечатку со всех аппаратов, постоянно контролирующих ее состояние. В последний раз он светит ей в глаза, чтобы проверить, есть ли реакция, и поворачивается к нам, убирая фонарик в карман.
— Мне не нравится, как долго она выходит из этого состояния. С такими темпами неизвестно, когда она очнется. — Мэри срывается и рыдает в плечо Нейта, пока моя мама гладит ее по спине. Я знаю, что она чувствует, мне хочется кричать и выть на доктора от боли и печали, а не от злости. Я очень зол с тех пор, как подрался и едва не умер на парковке. Что-то в том, что я почти умер, действительно успокаивает меня и, если хотите, заставляет сосредоточиться на Вселенной.