Спасибо!"
Как же, про меня они забыть никак не могли. Я зашла внутрь. Датчики на входе настороженно затикали.
— Морру, ты лучишься. Скушай витаминку, — посоветовали мне вслед, пока я шла к своему рабочему месту, рассеянно грея уши чужими разговорами.
— Слушай, вчера Влад клялся и божился, что удалось установить высокочастотную связь между нами и гаммой через третий Путь. Веришь этому?
— В прошлом месяце он утверждал, что может работать перенастройщиком. Того контрольного хомяка на кси так и не дождались.
Говорившие засмеялись. Хомяка было немного жалко.
Я неубедительно поковырялась в отсоединённой капсуле, пытаясь обнаружить причину её неэффективности. Дело закончилось тем, что я сломала последний ноготь, который ещё претендовал на звание длинного, и окончательно уверовала в то, что неисправно абсолютно всё. Начиная от несчастной криокапсулы и заканчивая политикой отдела кадров, который посокращал всех механиков, из-за чего теперь инженерам приходится браться не за чашки с чаем, а за неблагодарный труд. Рассудив, что неисправная капсула никуда не убежит, я оставила её на столе, достала из сумки булочку, направилась к холодильнику, пошерудила между образцами биомассы неясного назначения и сроков годности и извлекла кусок масла. Сливочного. (Объявление распространялось только на новобранцев, деды не могли позволить себе голодать).
— Георг, кинь соль, пожалуйста.
Я поймала импровизированную солонку, на приклеенной к баночке бумажке кривовато, словно автор сам сомневался в том, что пишет, значилось: «NaCl». Теперь другое дело.
— Правда, что сегодня экологи нагрянут? — лениво спросил Георг, развалившись за терминалом сети и принимая предложенную ему демократичную половинку бутерброда.
Я скоммуниздила у чьего-то рабочего места одно из этих чудесных мягких кресел на колёсиках (из-за которых весь наш офисный планктон, кажется, скоро разучится ходить), и уселась, закинув ногу на ногу, рядом со столом Георга.
— Ага, а мне разгребать… — меланхолично заметила я, жуя бутерброд.
Это были не просто экологи — говорят, в «Хэппивэе» прознали о запуске резервного реактора в черте города и натравили на нас МинЭкологии во всём своём интернациональном составе (обещали даже прислать каких-то мелких шишек из коренного населения кси — никто не знает, зачем и какое они имеют к нам отношение, не спрашивайте). Матери-то что — так, ожидается очередная в меру деловая беседа с Государем, а мне — одна нервотрёпка. Обо всём этом я и поведала Георгу, и, не успел он даже посочувствовать моей горькой доле, как меня окликнули:
— Госпожа замзавлаб, вас зовут, — передали мне с плохо скрываемыми ехидными ухмылками.
Вот сволочи.
Я обречённо вздохнула, поднимаясь на ноги, и из одной только садомазохистской вредности захватила остатки булочки с собой.
— Итак, господа, предупреждаю сразу, — почти эффектно взмахнув когда-то белыми полами халата, я сделала многозначительную паузу, которая позволила мне оглядеть всю делегацию внимательным взглядом.
Некоторые лица из числа прихлебателей губернатора области и подпевал всяческих «Спасипланету» были мне смутно знакомы, хотя нескольких я видела впервые в жизни. Хм, этот верзила, что ли, с кси? Фигура человека, лицо которого было закрыто непроницаемо-тёмной пластиной гладкой маски, с потрохами выдавала в нём уроженца не альфа-Пространства. Он стоял чуть поодаль остальных, словно не желая быть причисленным к лику ярых сотрудников Министерства Экологии и Природопользования… хотя, нет, не так — это остальные люди словно хотели дистанцироваться от незнакомца, его явная чуждость в этом сборище подсознательно нервировала окружающих.
Пауза, которую требовал от меня выбранный образ сурового и обстоятельного заместителя начальника лаборатории, была выдержана. Вспомогательно дирижируя булочкой, я вдохновенно продолжала:
— Я прекрасно знаю, что привело вас сюда, — а теперь изображаем проницательный взгляд в упор, медленно обводим этим взглядом всех присутствующих, потом снова многозначительная пауза. — И я от лица Компании не собираюсь отрицать поступившую информацию о резервном реакторе. Но, — я, наконец, запихнула в рот последний кусок бутерброда, неторопливо дожевала. — Но! — (больше чувства, Морруэнэ, больше чувства! — тебя ведь тоже возмущает возможное повышение радиационного фона в черте города!). — Я могу предоставить вам необходимые документы, а также отчёт с последней экспертизы, результаты которой доказывают безопасность наших технологий по сравнению, например, с некоторыми нечестными на руку организациями, которые в погоне за дешевизной, — я замерла и закончила тихо и зловеще, — до сих пор используют в качестве охладителя фреон-двенадцать.