В этот момент ему в голову пришла интересная мысль, которая постепенно переросла в план. Он наполовину зашторил окно и начал ожидать свою воспитанницу.
На следующий день Алла появилась. Прибежала с весенним ароматом улицы. Да и сама была вся воздушная и бурлящая, точно возмущённый долгим заточением ручеёк, освободившийся из оков ледяного плена.
Теперь Алла не носила угрюмую однотонную одежду интерната. И даже сменила свою кожанку. Покупала на рынке кооперативные вещи из импортных материалов. Джинсовая куртка «на рыбьем меху» с белой искусственной опушкой была легка и красива, очень ей шла. Может, поэтому теперь и в общении Алла была более свободна:
— Соскучились, Антон Борисович? — улыбнулась она счастливо. — А я жду — когда знак дадите на свидание к вам бежать? Когда снова работать будем?
Антон видел, как его подопечная превращается в очаровательную девушку. Научилась подводить глаза, выщипывать брови. Но всё же… Всё же оставалась в ней грубоватость — как результат отсутствия в детстве материнской ласки, семейного прилежания. Наложил отпечаток интернат. Могла неожиданно и словечко ввернуть нецензурное, и ответить резко. Не расслышать замечание. Двигалась по-мальчишечьи энергично, ходила спортивной пружинящей походкой — руки в карманах.
Так незаметно получилось, что при встрече они уже обнимались как старые друзья и Антон непринуждённо целовал Аллу в щёку.
— Есть у меня одна идея, — с интригой произнёс он, — если мечта твоя жива и не изменилась, тебе надо поступить на подготовительные курсы в Гидрометеорологический институт.
— Это зачем ещё? Деньги тратить попусту? удивилась Алла.
— Я же сказал — если мечта осталась! — повторил он.
— Мечта-то осталась, но как я…
— А это уже не твои заботы, — прервал Антон, я не гарантирую, что поступишь, просто у меня появились кое-какие связи! И может получиться. Но ты для этого должна наладить хорошие отношения в своём училище и с педагогами в интернате. Соответственно, готовиться к экзаменам. Деньги у тебя есть на курсы записаться?
— Да, деньги есть, спасибо вам!
— Это тебе спасибо за помощь! Из районов приходят благодарности за твою информацию. Обещали меня в приказ включить на поощрение. Так что снова тебе денег дам.
На этом и расстались.
Через неделю Алла записалась на подготовительные курсы и начала усиленно готовиться к поступлению. Периодически Антон вызывал её в отдел поработать — разговорить на коридоре какую-нибудь задержанную наркоманку или воровку. Изредка водворял в камеру, когда попадалась важная птица. Пришлось даже завести картотеку разработанных Николь личностей, чтобы те не встретились повторно.
Алла — Николь с каждым разом становилась всё опытней. Заботкин обучал её методам знакомства, общения с преступниками, криминальным повадкам, иерархии воровских кланов. Регулярно платил премии за раскрытия.
Летом в институте была утверждена приёмная комиссия. Её, как и в прошлом году, возглавил Фраерман.
Антон сделал выписки из оперативных документов и поехал на встречу с Давидом Семёновичем.
Тот находился в личном кабинете, выглядел старше своего возраста. Выпуклый лоб с глубокими залысинами, короткие вьющиеся волосы, выпученные глаза и толстые приоткрытые губы.
Очки с большими диоптриями. Всё, как на фото в личном деле. Сидел, развалившись в кресле.
Небрежно держал перьевую ручку. Перед ним на столе — многочисленные рукописи, графики, записки.
Заботкина принял холодно:
— А… из милиции? Проходите. Хотите пожаловаться на наших студентов? — причмокнул, провел языком по губам, продолжил делать пометки на листке. — Я слышал, что нашли убийцу нашей студентки.
— Нашли, но не того, — искренне сообщил Антон, солгал: — На днях выпустим, ошиблись.
Он сразу обратил внимание на пальто, висевшее на вешалке, улыбнулся в душе.
— Вот так вы ошибаетесь, а невинные страдают, сидят в тюрьме ни за что.
— Ни за что не сидят! Не надо было нож с собой таскать и угрожать. Но у нас есть другой кандидат, более подходящий! С учётом того, что в вашем институте это не первая убитая девушка! — Заботкин подошёл к вешалке, на которой висело серое пальто и шарф: — Ваша одежда?
Декан напрягся:
— Моя, и что с того, пятна крови на ней увидели? — старался казаться непринуждённым, натужно усмехнулся. Его толстые губы растянулись, слегка вывернулись внутренней стороной, блестевшей слюной.