— Это что? — в смятении закричал Антон, его слегка оглушило.
— Гранатомёт! Судя по всему, РПГ-7 — в нас из таких в Чечне стреляли, — Николай чувствовал себя лучше — у него имелся опыт боевых действий.
Заботкин был в ужасе:
— Это по нам?
— Если бы хотели, ты уже не спрашивал об этом, — усмехнулся Гордеев, — надо вызвать пожарных, пока пламя не занялось, да и машину убрать подальше.
Антон стал оглядываться, ища взглядом телефонную будку.
— Можно из салона — по рации, — сообразил напарник.
Скоро услышали, как завыли сирены, и тогда поехали в управление. Мосты были уже разведены, и пришлось ночевать в салоне. Звонить домой не стали, чтобы не будить домочадцев. Жёны и так всё понимали. Бедные жёны!
Как только свели мосты — рванули на работу.
Утром сотрудников разбудил Шапкин. Распахнул дверь в кабинет:
— Ну что, алкоголики, даже до дому сил нет доехать?
Антон спал за столом, Николай, скрючившись на стульях, составив их в ряд и прикрывшись шинелью.
На голос начальника оба проснулись. Гордеев поднялся и стал вешать шинель в шкаф:
— Ночью в Кировском районе ночной клуб взорвали!
— А вы что, на танцы туда ходили? Или в пожарные записались? — усмехнулся Шапкин.
Антон встал, потянулся:
— Наша «Стрела» из гранатомёта в него бабахнула.
— Жертв много? — глаза начальника округлились. — На совещании ничего не сказали!
— Похоже, что там реконструкция, — пожал плечами Гордеев, — не работает пока.
— Зачем же им гранаты тратить? — удивился Шапкин. — Может, тоже заказ? Хотели отомстить? Посмотри, кто там в учредителях?
А тебя, Заботкин, начальник управления вызывает срочно! Бери машину и дуй!
— По делу что-нибудь? — не понял Антон.
— Не знаю, мне кажется, что-то личное. Там у него женщина на приём сидела. Наверно, с жалобой — иначе к начальству не ходят! Езжай прямо сейчас, совещание без тебя проведём.
Антон вошел в приёмную генерала и сразу увидел знакомое круглое личико. Чёлка смоляных волос, выпученные мышиные глазки-бусинки, заворожёно смотрящие в упор на Антона, щербатая улыбка. Неужели она! Откуда? Господи — Алла! Но незнакомое тело девушки казалось пришитым от взрослой женщины — полное, приземистое с широкими бёдрами, большой грудью. Агентесса сидела на стуле, пухлые руки мяли ремешок сумочки, стоящей на полу.
Встретившись взглядом, не поднялась навстречу, зарделась, опустила взор. Молча заёрзала, сложила ладони лодочкой, прижала подол юбки между колен, ремешок упал.
Секретарь кивнула на дверь кабинета:
— Антон Борисович, проходите, вас ждут.
Заботкин прошёл внутрь.
Генерал был хмур. Руку не протянул, остался сидеть в кресле, указал пальцем на стул у примыкающего длинного стола для совещаний:
— Садись, Антон, — нажал кнопку селектора, обратился к секретарю: — Верочка, пригласите гражданку!
Медленно вошла Алла, слегка прихрамывала.
Одета по-деревенски в тёмное — шерстяная кофта и юбка. Лицо загорелое, обветренное.
Ах, Аллочка! Нахлынули воспоминания: неужели это та его давняя влюблённость — его агентесса! Почувствовал в душе жалость, точно не хотел расставаться с далёким образом милой стройной девочки. Алла почувствовала изучающий взгляд Антона, смущённо потупилась.
Генерал показал ей сесть с другой стороны стола напротив Антона.
— Узнаёте, Антон Борисович? — спросил он серьёзно.
— Узнаю, — согласился Заботкин.
— Вот, жалуется на вас…
— Я не жалуюсь… — тоненьким голоском встряла Алла.
Генерал недовольно нахмурился, после паузы продолжил:
— Пишет, что работала платным агентом, была у вас на связи, раскрывала преступления, пострадала на производстве…
Антон вспыхнул, почувствовал, как возмущение вскипевшей кровью прилило к голове, резко задышал, но сдержался. Хотел обидеться, но не мог. Ещё живы были в памяти ощущение далёкого тепла и нежности — «… я боюсь потревожить твой сон…», взгляд снова стал ласковым — видел маленькую агентессу…
— Подтверждаете? — генерал обернулся к Заботкину.
— Так точно, подтверждаю, — ответил тот.
— Тогда поднимайте личное дело из архива и решайте проблему. За консультацией обращайтесь в отдел «А». Вопрос ясен?
— Так точно, товарищ генерал, — Заботкин встал, кивнул Алле, чтобы тоже шла на выход.
В приёмной никого не оказалось. Антон остановился посреди пустого помещения, не зная, что делать, обернулся. Алла подошла вплотную. Глядя в глаза, протянула руку, тронула его за плечо, затем коснулась щеки. Тихо произнесла: