— Удивительные дела, — шепнул Кайрин и медленно отступил к тропе.
Тем временем остальная компания двигалась через рощу к Малым Березнякам. Тис, замыкавшая шествие, поглядывала на идущего во главе отряда Утариона с удивлением и насмешкой: тот на ходу прочёсывал рощу напряжённым взглядом, будто ждал нападения из-за каждого куста, через шаг оборачивался, проверял, все ли на месте, и каждый раз говорил своим спутникам: «Не сходите с тропы». Впрочем, в подобных напоминаниях нуждался один лишь Олеш. Яси не меньше Утариона спешила покинуть лес, ей хотелось поскорее выйти на открытую местность. Вихрь же, растеряв остатки сил, едва переставлял ноги.
У опушки Утарион вдруг вздрогнул, словно услышал резкий звук, и замер, вскинув руку. Идущие за ним остановились.
— Что там? — тихо спросила Тис.
— Ничего страшного, — ответил Утарион чуть растерянно.
— Но ведь что-то случилось.
— Да, только…
— Утарион, — сказала Тис строго. — Это опасно или нет?
— Скорее, нет. Но я должен кое-что проверить. Идите к Одаркиному подворью без меня. Справитесь?
— А в чём трудность? — в недоумении пожал плечами Олеш. — Раньше ведь мы тут как-то ходили.
Утарион, однако, ожидал ответа именно от Тис. Та кивнула. С видимым облегчением эльф сказал ей:
— Увидимся в Малых Березняках, — и легко побежал вперёд по тропе.
Когда его шаги затихли, Тис внимательно осмотрела свой отряд. Яси с Олешем не вызвали у неё беспокойства, зато Вихрь выглядел неважно. Он, конечно, не собирался жаловаться, но во время вынужденной остановки поспешил сесть на землю и едва ли был готов немедленно встать и продолжить путь.
— Подождём Кайрина, — распорядилась Тис.
Время шло. От волнения Яси принялась сгребать ногами в кучу опавшие листья, заскучавший Олеш сплёл из них длинную гирлянду, а Кайрин всё не появлялся. Наконец, Тис не выдержала.
— Надо взглянуть, чем занят наш маг, — сказала она с притворным спокойствием.
— А вдруг с ним что-то случилось? — тут же озвучила свой страх Яси.
— Не думаю, — постаралась успокоить её принцесса. — Скорее, он нашёл нечто интересное и увлёкся.
— Я пойду с тобой, — заявила девочка.
— И я, — сказал Олеш. — Возвращаться — так всем вместе.
— Знаете, что? — устало проговорил Вихрь. — Вы идите, а я пока тут посижу. Посторожу лопаты.
— Хорошо, — скрепя сердце, согласилась Тис. — Только потрудись больше ни во что не встревать.
А Олеш, не сказав ни слова, снял куртку и положил её рядом с Вихрем.
Оставшись в одиночестве, Вихрь сперва вздохнул с облегчением. Не нужно было больше улыбаться, шутить, делать вид, что всё хорошо… Притворяться бодрым и сильным тоже не было нужды. Олешеву куртку Вихрь расстелил по земле, лёг на неё и закрыл глаза. «Вот бы теперь заснуть и никогда не проснуться, — подумал он. От этой мысли ему стало так грустно и жаль самого себя, что из глаз против воли поползли слезы. — Всё едино пропадать».
Вихрь поднял руку, осторожно сжал и разжал кулак. Эльфийский маг, конечно, закрыл нанесённые деревяницами раны, но прежняя сила и ловкость ушли, как вода в песок. И вернутся ли? Нынче даже простая работа далась Вихрю так тяжело, что от усталости дрожали пальцы. А впереди — зима. Конечно, в их с Олешем доме хватит припасов, чтобы дожить до новой травы. Но что в том толку, если когда придут морозы, он будет всё таким же немощным? Кто разгребёт снег на дворе, принесёт из проруби воды, покормит скотину, наколет дров? Олешу теперь точно прямая дорога в школу при храме. Вихревы же мечты разбились на мелкие осколочки.
«Тоже мне, вообразил себя воином, топором махать полез, — подумал он. — Теперь даже кочергу толком не удержишь».
Сердито сжав губы, Вихрь размазал слезу по щеке. И почувствовал под ладонью грубые шрамы. От этого сделалось ещё грустнее: с эдакой мордой на него ни одна девка больше не посмотрит.
Вдруг словно сухая ветка осторожно притронулась к Вихреву лбу. Он открыл глаза — и едва не поперхнулся: рядом с ним сидела на корточках, прижав к груди костлявые колени, покрытая серо-коричневой корой деревяница. Склонив набок обросшую тонкими веточками голову, она внимательно смотрела ему прямо в глаза красными, светящимися, как два угля, глазами. Вихрь мигом раздумал помирать.