Кулаков Януша Барсука недаром боялись все окрестные пьяницы и драчуны: одним точным ударом трактирщик вышиб замок и распахнул настежь дверь. Глазам его предстало весьма непристойное зрелище.
Эльф стоял в кровати на четвереньках, наклонившись над бедной, застывшей от страха девочкой. Их лица были слишком близко. Слишком.
— Что тут за непотребство… — рявкнул Барсук, но маг отреагировал совсем не так, как он ожидал.
— Помогите разбудить, — попросил он, с озабоченным видом отстраняясь от Яси, которая, и впрямь, лежала неподвижно, будто без сознания.
— А нечего было девчонку до обморока доводить, — резко ответил мужчина и быстро подошёл к постели. — Совсем совесть порастеряли. И что в ней может привлечь взрослого… эльфа? Ребёнок ведь почти! А некоторым — всё едино, лишь бы позабавиться!
— О чём речь? Она… она уснула просто. Погоди… Свет всемогущий, как ты мог подумать такое⁈ — Кайрин, наконец, понял, что имел в виду трактирщик, и поражённо округлил глаза.
«Яси действительно совсем малышка, да как кому-то вообще в голову могло прийти подобное! — про себя возмутился он. — Хотя Элерим же говорил, что в её племени выдают замуж рано… Хм, это многое объясняет. Люди живут меньше и вынуждены начинать… отношения раньше, чтобы успеть родить и воспитать детей…»
— Ничего не хочу знать и не позволю продолжать, — Барсук упрямо замотал головой, плечом подвинул эльфа, после чего легко подхватил Яси на руки и собрался уходить, но Кайрин преградил ему путь:
— Куда ты её несёшь?
Януш смерил эльфа осуждающим взглядом исподлобья, но отвечать не спешил, а Кайрин не спешил освобождать проход. Трактирщик сдался первым.
— На кухню, там за ней присмотрит моя жена. И я бы попросил в следующий раз развлекаться где-нибудь в другом месте, с более… зрелыми девушками. Не хотелось бы жаловаться лорду на поведение его гостей.
Кайрин вспыхнул от возмущения, но постарался не нагнетать обстановку. Видно было, что мужик уже для себя всё решил. Впрочем, магу было не важно мнение какого-то трактирщика, скоро они распрощаются. А вот о Яси он волновался.
— Накорми её с утра, — сказал он и кинул удивлённому Барсуку монету. Тот отказываться не стал.
Когда дверь закрылась, Кайрин в изнеможении опустился на край кровати. Разбудить Яси не удалось, и вряд ли что-то изменилось бы, тряси он её хоть в сто раз сильнее. Значит, остаётся лишь надеяться, что Яси проснётся сама. Иначе мысли о том, что он позволил ребёнку умереть, не отпустят Кайрина до конца жизни, долгой эльфийской жизни.
Уснуть ему удалось не скоро.
Яси разбудил весёлый треск поленьев в печи и аромат свежих оладий: тётка Ирджина, Янушева жена, поднялась до рассвета, чтобы приготовить постояльцам ранний завтрак.
— Ой! — пискнула Яси, высунув нос из-под одеяла и с удивлением обводя глазами кухню. — А где же мастер Кайрин?
— Тот эльф, что с тобой полуночничал? Спит, поди, — спокойно ответила хозяйка, разливая тесто по жаровням. — И ты спи. Ещё только третьи петухи пропели.
Подскочив с лежанки, Яси заметалась в поиске своих башмаков, не нашла их и босиком кинулась к выходу.
— Куда? — окликнула её тётка Ирджина. — Чулки-то и так все драные, смотреть страшно!
Но Яси не подумала остановиться. Вместо того она выскочила за дверь, и уже через миг скрип лестницы оповестил всех в таверне, что кто-то сильно спешит попасть на второй этаж.
— Вот ведь задрыга! Как есть, постояльцев перебудит! — возмутилась тётушка Ирджина, и поспешила за девочкой, на ходу вытирая руки о фартук.
А Яси, забежав в самый дальний, слепой конец тёмного коридора, быстро отсчитала назад пять больших шагов и, ничуть не сомневаясь, вломилась в дверь, оказавшуюся справа.
Она не ошиблась, это была комната Кайрина. То обстоятельство, что эльф спит, ничуть не смутило раннюю гостью. Не долго думая, Яси с ногами залезла к Кайрину на кровать, уселась на него верхом и принялась настойчиво тормошить, приговаривая:
— Мастер, проснись! Я столько всего должна тебе рассказать!
Но стоило Кайрину приоткрыть глаза, рядом с Яси возникла раскрасневшаяся от быстрой ходьбы тётушка Ирждина. Крепко ухватив девчонку за ухо, она стащила её с кровати, а Кайрину сказала:
— Ты уж прости эту позорницу, милсдарь эльф. Не подумай чего плохого, у нас в поселении все девки благонравные, к кому попало в постель не лезут. А Яська… Бесстыжая она, хоть мелкая. Верно говорят: мал клоп, да вонюч. Ты отдыхай себе спокойнёшенько. Как к завтраку спустишься, так я её к тебе и отпущу. А то ишь, чего удумала: рассказать ей надо ни свет ни заря…