— Приветствую тебя, сильнейшая, пусть тьма не застит твои глаза, а свет не слепит.
По дёрнувшейся морде Ондимбы Тис поняла, что приветствие пришлось той по вкусу. Но вопросительный взгляд, брошенный правительницей гноллов на Ахруша, заставил дроу задуматься. Что-то пошло не так.
— Почему она не с остальными? — спросила Ондимба строго.
Воин выступил вперёд, склонился в низком поклоне и начал рассказывать:
— Эта синяя — принцесса дроу, за неё можно получить хороший выкуп. А ещё ликана о ней волнуется. Вот, чтобы девчонка не сопротивлялась, мы и кольнули принцессу ядом. Ты велела не причинять ликане вреда, ну, мы и решили, что таким образом вернее заставим её пойти с нами без борьбы.
У Тис потемнело в глазах, когда она поняла, насколько её миссия близка к провалу. Никакие ухищрения не помогут освободить Яси, потому что именно она была настоящей целью гноллов, а дроу оказалась лишь приманкой. Перед глазами Тис встал образ отца, который рисковал жизнью, тайно выводя дочь из замка. Увы, она подвела и его, и прочих дроу: вместо того, чтобы сберечь последнюю надежду мира, завела её в ловушку. Ноги Тис подкосились, и она опустилась на колени.
Яси подбежала к ней, обхватила за талию, силясь поддержать. Тщетно, дроу даже не попыталась подняться. Яси что-то спрашивала, встревоженно заглядывая ей в глаза, но Тис уже не могла разобрать ни слова. Её накрыла темнота и звенящая тишина. Последнее, что она ощутила — прикосновение холодного камня к щеке.
Обмякшее тело Тис оказалось слишком тяжёлой ношей для невысокой и хрупкой Яси, и девочка осторожно опустила её на каменный пол. Гноллы молча наблюдали за происходящим со стороны.
Яси села возле Тис и заплакала, не утирая горючих слёз. За короткое время дроу стала ей дорога. Прежде у неё никогда не было старшей подруги, а матери своей Яси даже не помнила. «Неужели вот так всё и закончится? — думала она растерянно. — А как же слова матушки Рши? Она обещала нам помогать! Как там было: „из скорлупок сила“… И она сразу указала, что нужны маг, дроу и воин… А в последний раз что там было, когда погиб бедный Райлин?»
Яси изо всех сил пыталась вспомнить. За её спиной Ондимба — предводительница гноллов — отрывисто засмеялась. Девочка обернулась, и вдруг заметила, что по сравнению с другими людьми-гиенами, та была не серо-бурой, а… рыжей! И смеялась она, как-то странно морщась и держась за бок. Словно… словно… словно ей было больно!
«Боль вокруг смеётся рыжим», — вспомнилась фраза из последнего пророчества матушки Рши.
Там ещё было про многое, но Яси будто наяву услышала шелестящий шепот: 'Ночь и утро — цель дороги.
Зов в крови. Зови. Уроки… '
Получается, они должны были попасть в деревню гноллов, должны были оказаться под водой (об этом тоже Рша упоминала!) и сейчас нужна стойкость — «стоимость венца». И Ршу позвать каким-то образом. Яси заставила себя успокоиться, вытерла слёзы и поднялась на ноги. За отчаянием пришла злость, а с ней и необходимая смелость.
— Раз тебе так хотелось меня видеть, уважаемая Ондимба, вот она я. Но что бы там от меня ни было нужно, я тебе и полсловечка не скажу, если с моими друзьями хоть что-то случится! Прежде всего, Тис нужно противоядие! И мои друзья эльфы — не для еды, их следует оставить в покое!
С каждым Ясиным словом на морде предводительницы всё ярче читалось весёлое удивление. Если бы Яси не была так занята тем, чтобы казаться выше и увереннее, она бы заметила, как сзади к ней подобрались аж трое гноллов. Оскалив пасти и воинственно опираясь на все четыре лапы, они явно готовились к прыжку.
— Хватит! — голос гноллы был тихим, она подняла неожиданно голую лапу и махнула, глядя за спину Яси. Та обернулась, и оказалась нос к носу с зловонными клыками одного из воинов.
— Фу-у! — Яси брезгливо оттолкнула от себя гноллью морду. — Эльфы моются дважды в день. Люди мажут кожу чистым жиром и жуют стебли дикой мяты. Даже собаки чистят шерсть в горячей пыли и заботятся о чистоте зубов! А вы почему вонь разводите?
Тот, кто называл себя Нгоро, оторопел от такой наглости и глухо зарычал, роняя слюну. Шерсть на его загривке поднялась дыбом.
— Есть сегодня, и ты ешь. Но помни о завтра — наступит срок, и есть будут тебя. Не нужно ускорять неизбежное, Нгоро, береги свою красивую шкуру, — Ондимба говорила так же тихо и ровно, но эффект от её слов был мгновенный. Гнолл, только что готовившийся напасть, прижал уши и, пятясь, отступил к остальным охранникам. Ондимба кивнула, взглянула на Яси и отдала распоряжение воинам: