Замок оказался довольно простым. Освободившись из камеры, Утарион запер за собой решётку в надежде, что побег обнаружат не сразу. Затем, убедившись, что в коридоре пусто, он на цыпочках скользнул к камере Кайрина.
— Эй, ты как там? Живой? — тихо проговорил он, заметив, что маг уже не лежит беспомощной кучкой на полу, а вполне уверенно сидит, опираясь о стену и уныло смотрит в миску с баландой.
— Местами, — буркнул Кайрин, а потом понял, что голос Утариона идёт из-за решётки и заметно встрепенулся. — Ты как выбрался⁈
— Тише, не шуми, — шикнул тот и добавил, рисуясь: — Отмычку нашёл, замок вскрыл. Не очень-то и сложно.
— Не вижу, чтобы ты спешил вскрывать мой, — фыркнул маг и с трудом принялся вставать, держась рукой за стену. Чуть не упал.
Утарион смотрел на это и хмурился. Дверь-то можно вскрыть, но что дальше? Они в логове гноллов, а Кайрин на ногах не держится. Здесь надо пробираться тихо, быстро и незаметно. Плохо восстановившийся маг, ещё и пострадавший от немилосердной транспортировки, будет только обузой. Или, хуже того, привлечёт к ним ненужное внимание. Против толпы гноллов в их же пещерах Утарион долго не продержится, а из Кайрина помощник сейчас никакой. Может гноллы и не убьют беглых пленников, но точно изранят и снова отберут вещи.
— И куда ты в таком состоянии собрался? — спросил Утарион. — Сперва научись снова стоять на ногах.
— Не получится идти, так поползу! — рыкнул Кайрин, отчего чуть не упал на колени.
— Нет, ты остаёшься на месте, приходишь в себя, набираешься сил. А я побегаю тут один, незаметно разведаю обстановку и вернусь за тобой.
— Ты хочешь бросить меня в этой дыре? — запротестовал маг. — Это мне месть за дружеские подтрунивания? Низко, Утарион, не ожидал от тебя…
— Да, можешь считать, что это месть за своеволие в Лаорелассе, — едва заметно улыбнулся страж. — А если серьёзно, то ты и сам понимаешь, что я прав. Даже если я тебя сейчас выпущу, ты потратишь все силы на передвижение и новых не наберёшь. Так что садись и не напрягайся. Хватит спорить. Понимаю, место не из приятных… Но тебе хотя бы еды дали!
— Это по-твоему еда⁈ — возмутился Кайрин. — Она воняет, как помои!
— Будешь капризничать, я тебе своего гнолла закину. Тогда поймёшь, что воняет, а что — так, слегка попахивает. Не хочешь есть — не надо. Но силёнок набирайся. Всё, я пошёл. Долго разговариваем, кто-то может прийти.
— Утарион! — взмолился маг. — Не бросай меня!
— А ты представь, что я всё ещё в соседней камере. Надеюсь, хотя бы гноллы так решат.
— Ясно, — Кайрин закатил глаза и опустился на пол. — Ладно, если начнут искать, скажу, что ты умеешь становиться невидимым. Вали уже. Но я тебе всё это ещё припомню.
Утарион хмыкнул, оценив задумку мага. Если гноллы не совсем идиоты, они просто не станут открывать камеру, ведь пленник может в любой момент сбежать прямо у них из-под носа. Да, Кайрин хоть и заноза, но мыслит — иногда! — довольно занятно. Махнув на прощание рукой, страж стал продвигаться беззвучным шагом в сторону, откуда шёл свет.
Проходя по коридору, эльф заглядывал во все камеры, попадавшиеся на пути. Большинство из них были пусты, в некоторых хранились припасы. Наконец, обнаружилась и камера с ещё одним пленником. К удивлению Утариона, им оказалась Тис. Она лежала у дальней стены, неподвижно вытянувшись на спине. Сперва эльф даже усомнился, жива ли дроу, но, заметив, что гноллы проявили некоторую заботу о ней, бросили на пол пару шкур, сделал вывод: девушка спит, либо находится в глубоком обмороке.
— Принцесса? — позвал он негромко. Тис не шелохнулась. Тогда, быстро оглядевшись по сторонам, Утарион сделал ровно то же, что гнолл-неудачник, прежний хозяин отмычки: просунул через решётку руку с копьём и слегка подтолкнул его пяткой дроу в бок. Никакой реакции не последовало.
Утарион нахмурился. Это спокойствие ему крайне не понравилось: обычно дроу спят чутко и терпеть тех, кто их беспокоит во время отдыха, не склонны. Открыв замок, он зашёл в камеру, присел рядом с Тис и осторожно прикоснулся к её запястью. Пульс прощупывался, но был слабым и редким, а кожа руки — слишком холодной. Уже не церемонясь, Утарион принялся осматривать тело дроу со всех сторон. Серьезных ран и ушибов он не заметил, но на правой ладони нашел чуть припухший след от укола. «Яд кинту, вот оно что, — подумал эльф. — Странно. С полезными перебежчиками так не поступают, а бесполезных — убивают менее затейливыми способами. Что же здесь случилось? И где Яси? Я не узнаю этого, если не приведу нашу принцессу в сознание. Кажется, Кайрин говорил, что от кинту нужно противоядие. Но что толку слепо верить магам? Излишняя моя доверчивость уже не раз доводила дорогих мне эльфов до беды. Я поверил магам Эльдариата — и Нириэли пришлось пройти через немыслимые, а главное, совершенно бесполезные страдания. Поверил Кайрину — и доверившийся мне юный эльф погиб в бою. Этот Кайрин… Я расслабился, слишком поддался его обаянию. Тогда, в лесу, следовало просто дать ему по шее, не позволить лезть в деревню и тащить за собой остальных. Поступи я так, возможно, все мы были бы сейчас на свободе, а Райлин — остался бы жив. Плевать на магов и магию, попытаюсь помочь дроу сам, чем смогу».