— Почему? Разве ты умерла? Или совершила непростительное?
— И то, и другое.
Гнолла подошла к кромке купальни и одним движением стянула с обеих рук кожу, оказавшуюся перчатками. С головы её вместе с кожей сошли все волосы, следом в сторону полетела и широкая тога.
Яси ахнула, прикрыв ладошкой рот. Существо, стоявшее теперь перед ней в одной набедренной повязке, пугало. Но всё же дочери шамана не пристало бояться ни духов умерших, ни безобразных живых.
— Вот, смотри: неизвестная болезнь поразила меня, когда я была ещё щенком, — Тело Ондимбы было абсолютно лишено шерсти. Лысая буро-розовая кожа обтягивала ребра, свисала на ляжках, складками топорщилась на сгибах ног и рук, и обильно морщилась на морде. — Чтобы ты знала, Яси Атай-тар, у гноллов не принято выкармливать тех, кто обречён, тем более сирот. Меня выставили за ворота приблизительно в твоём возрасте. Чтобы выжить, гнолл должен быть воином, выносливым и жёстким… Жестоким. Одним своим видом устрашать врагов. Лысая псина-недоросток, какой была я, позорила племя. Меня выгнали — и похоронили, забыв моё имя. Я не могла вернуться. Тому, что мёртво, не место среди живых.
Шаманка приблизилась к купели и с видимым удовольствием и облегчением погрузилась в воду.
— Но ты же вернулась. И даже стала Ондимбой. Как? — Яси выбрала место почище и, подогнув под себя ноги, села рядом с купелью, на каменный пол.
— Случайно набрела на человечий город, — продолжила рассказ шаманка гноллов. — Со стороны реки подобралась к их храму и спряталась в подвалах. Там бы мне и пришлось умереть от голода и мороза — речные крысы слишком юркие, за четыре дня мне удалось поймать лишь одну. Но случилось иначе: из дыры, куда я закопалась для последнего отдыха, я услышала слуг Единого. Эти люди спустились в подвалы, чтобы спрятать то, что они именовали «шаром Животворящего Света». Один был особенно болтлив. По всему получалось, что шар — удивительный артефакт: он способен исцелить, дать силу, но после забрать её без остатка. — Гнолла отрывисто рассмеялась. — И слишком много нашлось желающих обрести могущество хоть на миг. Правда, забывают, что взяв чужое, после отдашь своё. Именно это случилось с бывшим правителем храма. Он потерял свою силу, как… Хотя нет, ты ещё слишком мала, чтобы знать такое. В общем, в час, когда главный храмовый маг оказался ни на что не годен, на город напали деревянные чудища из леса. Они хотели присвоить волшебный шар, и глупые жрецы не придумали ничего лучше, кроме как зарыть его в двух шагах от меня. А когда они ушли, я его выкопала и украла.
— Зачем?
— Жить хотелось, — Ондимба пожала голыми плечами, торчащими из воды. — Да и терять мне было нечего. Поймали бы — убили б непременно. Ну, так гибель в бою почётнее жалкой смерти от голода. А ещё надежда появилась: вдруг шар излечил бы мою хворь? А главное — я рассчитывала, что в обмен на такой артефакт вождь гноллов примет меня обратно.
— И что же случилось, когда ты вернулась домой?
— А ничего. Пока я добралась с этим шаром до родной деревни, отдавать расхотела. Мой он. Благодаря ему выжила. Благодаря ему Ондимбой стала. Благодаря ему я жива и сейчас.
— Это как⁈
— А вот так. Я когда его стащила, с ним в обнимку спала. Он… он тёплый. И в первый же раз мне во время отдыха картинки привиделись. Как их там все называют…
— Сны? — осторожно предположила Яси.
— Да! Причём всем известно: у гноллов снов не бывает. Вообще. А мне снятся с тех пор. Да ещё такие… особенные. Иногда вижу хлипкую человечку в белых одеждах, и она мне рассказывает странное, мол, жалеть врагов надо. Иногда лучше уйти, отступить, чем принимать бой, убивать и рисковать жизнями своих воинов. Чушь полная, мой народ такого не понимает. Но ещё эта человечка показывает мне будущее. Тебя показала вот…
— Почему же ты думаешь, что дух шара Живительной Силы показал тебе именно меня? Ты зовёшь меня ликаной, но ликаном был мой отец. А ведь я — не единственная его дочь, и небесные волки ещё не приняли меня в свой круг.
Мягкие складки на лице Ондимбы сложились в улыбку, но глаза её смотрели по-прежнему холодно, а из пасти показались острые кончики жёлтых клыков.
— Всё сходится. Уговор у меня был с человечкой из шара. Она помогла мне вернуться в племя, когда умер прежний шаман. Научила, как заранее узнавать о приходе в наши земли чужих, как скрывать от них коров и детей… А в обмен я поклялась отдать шар той, что рождена чудовищем, но сама им не стала. Говорила она, правда, ещё и про огромных пауков, но показала тебя. День настал, все приметы указывают на то, что пришёл назначенный срок…