Оставив капитана в баре аэропорта, Джек куда-то ушел. Капитан заказал себе большую чашку кофе с корицей, начал рассматривал солдат, которые отправлялись на Восток и прибывали оттуда по ротации. Ротации раньше не было, были части, которые постоянно находились в Индии — но теперь они не справлялись, к ротации подключили армию метрополии и территориальные австралийские части. Год там — год здесь, совершенно безумный график. Солдаты, которые отправлялись туда, были молодыми, по виду неопытными, неуверенными в себе — курс подготовки давал умение стрелять, но не давал умения убивать. Огромные рюкзаки, пятнистая, индийского варианта форма, ублюдочные винтовки SA-80, которые давно пора заменить на что-то пристойное. Они шумели, собирались кучками, пока не было сержантов, с преувеличенной манерностью затягивались сигаретами — и любой опытный офицер мог без труда заметить, что всем этим они пытаются скрыть свой страх.
Солдаты возвращающиеся были загорелыми, в поношенной форме, они выглядели усталыми и злыми. Даже не усталыми — измученными, будет точнее. У них уже были повадки настоящих солдат — идут всегда группой, каждый из группы смотрит только в одну сторону, а не вертит головой по сторонам, идут настороженно, готовы в любой момент упасть на пол, в каждом — видят потенциального врага. Они в Англии, в метрополии — но они все еще на войне, они привезли войну с собой. Их — война уже пережевала и выплюнула. Кто-то из них дембельнется и запьет, кто-то попадется на ограблении банка, кто-то — плюнет на все и пойдет к такому вербовщику как Джек, делать то, что они делали, но уже за другие деньги. Кто-то останется в армии и не раз еще там побывает. Многие погибнут. Но, несомненно, одно — ни один из них уже не станет таким, как эти голенастые зеленые новички, со смаком выговаривающие словечки из военного жаргона и пытающиеся выглядеть бывалыми вояками.
Да, тяжелые времена настали, тяжелые…
Джек появился в кафе, махнул рукой. Капитан, оставив на столе горстку мелких монет, поспешил на выход.
В машине, которую Джек оставил на стоянке для персонала — на переднем пассажирском сидении сидел парень. Лет двадцати пяти, крепкий, чисто выбритый, сероволосый и сероглазый, с правильными чертами лица, особых примет нет. САС, начинающий — капитан сразу определил это. И что-то с ним было не так.
— Привет — капитан открыл дверь, протянул руку
— Добрый день… — парень замялся, но пожал протянутую руку — сэр.
— Здесь будем разговаривать? — осведомился Джек
— Зачем? Поедем, хлебнем пива. Тебе можно, ты не на службе?
— Нет, сэр. Только… не здесь.
— Не здесь так не здесь… — проворчал Джек, садясь на место водителя — знаю я тут одно местечко…
Они отъехали от Креденхилл миль на двадцать — на таком расстоянии в баре уже нельзя было нарваться на отдыхающих САСовцев, которые будут задавать лишние вопросы, в окрестностях Герефорда можно было найти пиво и поближе. Заехали в какой-то семейный сельский пансионат с рестораном. Заказали местного пива и пудинги.
— Это капитан Дэвис — Джек как всегда опустил первую часть фамилии — из Воксхол-Кросс. А это… как тебя называть, парень?
— Лучше Тим — сказал молодой САСовец — меня так зовут в патруле. Да, сэр, Тим.
— Окей, Тим так Тим.
Капитан Риц-Дэвис взглянул на парня и его подозрения, которые были у него еще с того момента, как он первый раз посмотрел на него и пожал ему руку — обернулись в твердую уверенность. Парень сломался. Капитально сломался, раз и навсегда. Отборочный курс САС предназначен для того, чтобы, как говорят сами инструкторы «выковать из заготовки клинок». Клинок может быть потрясающе твердым — но если по нему нанести достаточно сильный и резкий удар — он сломается, и его больше не восстановишь. Так произошло и тут. Парни облажались, они думали, что они охотники — но встретились со зверем, который им оказался не по зубам. Из охотников они превратились в жертв, все четверо, трое погибли, одному удалось уйти, но он такая же жертва, как и те трое. В отряде ему больше служить нельзя и в армии тоже нельзя. Погибнет.