Впрочем, мнение наместника несколько смягчилось, когда он увидел, как организована система контроля внутри. Машины, которые пропустили внутрь периметра — сразу попали на стоянку — накопитель для гостевых машин и дальше им — ходу не было. Стоянка — накопитель была отделена от остальной территории бывших казарм Гвардии — натянутой на бетонные столбы сеткой — рабицей. Сделано очень грамотно — сетка — рабица простреливалась насквозь из любого вида оружия, а проделать в ней проход — дело долгое и муторное. Так что — не все здесь было плохо в плане безопасности, далеко не все.
Наместник с сопровождающими лицами подошел к еще одному КП, уже выпускающему на территорию внутреннего периметра. С той стороны забора из сетки — рабицы — бежал, поправляя форменную рубашку, дежурный офицер части.
— Господин вице-адмирал, воинская часть номер двадцать два — двенадцать, личный состав на боевом дежурстве, вольнонаемный на хозяйственных работах! Происшествий за время моего дежурства не было! Доложил дежурный, капитан Лодыго!
— Вольно… Извольте сопроводить нас в третий блок.
— Есть!
По пути — Наместник оглядывал территорию части, шел не спеша. Когда началось — здесь были жуткие бои, наземные части зданий понесли серьезные повреждения, а кое-где и были разрушены полностью. Но здесь — было стратегически важная точка, граничащая с Зеленой зоной, и здесь были отличные подземные сооружения, включающие в себя отличный тренировочный комплекс, с тирами, штурмовой полосой, так называемым "колодцем" — и все это под землей. Поэтому — было принято решение восстановить здесь все и использовать часть как место постоянной дислокации частей, приписанных к комендатуре города. Это на будущее, пока здесь были расквартированы части жандармерии и спецназ, подчиненный командованию сектора Тегеран.
Штабное здание отстроили заново, гимнастический зал пострадал так сильно, что пришлось его снести и на этом месте сейчас строили общежитие для холостых офицеров и командированных. Стоянку давно восстановили, сейчас ее накрыли в два слоя — сначала обычным навесом, а потом еще одним — навесом из закаленной сетки — рабицы, которая, как оказалось, отлично останавливала мины калибром до восьмидесяти двух миллиметров и самодельные ракеты. Все перемещения по территории части — были не по земле — а по выкопанным землеройной машиной ходам сообщения в человеческий рост, во многих местах и перекрытым. При массированном нападении на базу — в нужных местах стены обваливались и ходы превращались в окопы. Все здания, и какие были восстановлены, и какие еще восстанавливались — уже покрыли снаружи специальным материалом, который делал их более устойчивым к воздействию ударной волны. Все входы в здания — теперь были перенесены на заново выкопанные подвальные помещения. Арабы и персы не строят подвалов — а вот русские строят и отлично умеют использовать их для обороны.
В нужном им здании они еще раз предъявили документы — и вошли на один из подземных уровней. Он отличался тем, что стены, потолки — все было закрыто толстым и прочным полиэтиленом, а двери — были поставлены заново, новые — обеспечивали герметичность.
В одном из блоков, в которых была обеспечена хоть какая — то стерильность — работали несколько ученых. Один увлеченно барабанил по клавиатуре ноутбука, второй фотографировал, еще несколько — пытались что-то смонтировать.
— Господа! — подал несколько неуставную команду дежурный офицер, входящий первым.
Один из ученых, в белом халате, крупный, с жадно горящими синими глазами — вскочил, бросился навстречу входящим, да так быстро, что старший конвоя Наместника заступил ученому дорогу…
— Нормально, нормально… — проговорил Наместник.
— Желаю здравствовать, Александр Владимирович.
— И вам не болеть, господа. Что-то удалось выяснить?
— Поразительные вещи, Александр Владимирович, просто поразительные. Удивительно, почти инопланетная технология.
— Ну, ну… Все это — дело рук вражеских, да?
— Да, наверное. Но все равно — поразительно. Если вы найдете того, кто это сделал — немедленно ко мне, в лабораторию.
— Это скорее вон к господину подъесаулу. Но и мы… поспособствуем. Так с чем же мы имеем дело?
— С поразительными вещами, Александр Владимирович, с поразительными. Это передатчик, способный работать в очень широком диапазоне частот. И давать очень приличную мощность.
— Для связи?
— Нет, отнюдь! Отнюдь не для связи! Вы знакомы с воздействием некоторых частей частотного спектра на организм человека?