— Извини, Арри, была занята тем, что тащила тебя по лесам от теней. В следующий раз, обещаю, буду более внимательна.
— Шутки неуместны. Зрительный анализ окружающей обстановки занимает всего несколько мгновений, которые ничего бы не решили в глобальном смысле.
— Всё, хватит ругаться. Как мы пойдём, если я выгляжу как помесь козла и летучей мыши? — Вздохнул Дариэль.
Ему было сейчас особенно грустно.
Он посмотрел на Дангер. Да уж, как же сильно она изменилась с тех пор, как они были детьми! Из маленькой, несуразной девчонки в милом платье, которое моментально приобретало потрёпанный вид, стоило Дане выйти на улицу, она стала красивой женщиной с пронзительным взглядом и всё такими же растрепанными, но уже как-то по-особенному привлекательно, волосами. У неё не было тех худых и в ссадинах коленок, но был внушительный шрам на подбородке. Она носила чёрное, удобное одеяние и держала на поясе нож. У неё были грубые руки и широкие плечи, а ростом Дана стала почти как сам Дариэль. И всё же, кое-что осталось прежним: когда девушка улыбалась, как всегда широко и словно немного по-хитрому, в её глазах всё ещё плясали весёлые огоньки, а сама она становилась похожа на того маленького бесёнка, с которым они были так неразлучны.
Аарон продолжал что-то говорить, но Дариэль уже ударился в воспоминания.
Первое их знакомство началось с удара палкой по голове.
— Дура, зачем ты меня бьёшь? — Завопил маленький мальчик, потирая ушибленный затылок.
— Сам дурак! Бью, потому что ты меня бесишь. Моя подружка в тебя влюбилась и постоянно говорит, какой ты красивый, мне надоело. А ты ведь страшный!
— Сама страшная. Была б ты мальчиком, я бы тебя побил! А так я девчонок не бью. Мать-настоятельница говорит, что вас нужно защищать, потому что вы слабые.
— Кто тут слабый? Ты слабый, а у меня палка есть, — с этими словами Дана снова начала колотить этой самой палкой.
Долго он терпеть не стал и ринулся в бой. Кинул этой чудачке песка в лицо и порвал платье. А потом с замиранием сердца ждал, когда она расхнычется и убежит жаловаться маме, как обычно поступают остальные, домашние, дети.
Но девочка не стала хныкать.
— Мне голову оторвут за этой платье, — вздохнула она, — родители говорят, что я будущая леди и должна вести себя достойно. Ещё говорят, что я свинья, а свиньи никогда не выйдут замуж.
— Ты точно свинья. Только не хрюкаешь, — с видом знатока сказал ей Дариэль.
— Ты свинья!
И они снова принялись друг друга мутузить.
Влетело им тогда обоим. Дане — за то, что ведёт себя не как настоящая девушка, которой она словно обязана уже быть. Дариэлю — за то, что обижает младших, да и к тому же девочек.
— Ты ведь старше и сильнее. Ты должен защищать таких, как она, ты должен оберегать и помогать. Такой здоровенный уже лоб, а всё ещё ведёшь себя как маленький! — Ругались в храме.
— Но она ведь первая начала!
— И что? Нужно быть выше всех этих ссор. И нужно нести ответственность за свои действия! Ты уже почти взрослый, тебе нужно следить за своим братом и за теми, кто слабее тебя.
— Но Арри старше… Почему вы ему никогда не говорите, что нужно быть защитником? Почему я?
— Аарон немного… Особенный.
После этого они с Даной очень долго возмущались на несправедливость взрослых и пришли к выводу, что все взрослые — дураки.
Дариэль улыбнулся этим воспоминаниям. Как же их с Даной раздражали эти выкрики «ты должен», «ты обязан», «тебе нужно вести себя так и так»… Только вот он со временем действительно решил, что обязан быть сильным и решительным взрослым, но не потому, что так сказали, а потому что ему был дорог его брат и его действительно нужно было оберегать буквально от всего внешнего мира. А Дангер так и не смирилась. Не захотела прогибаться под чужие ожидания к ней и предпочла уйти, но не стать той идеальной версией девушки, которая скромно опускает в пол взгляд, готовит для любимого мужа и не высказывает своего мнения, которое — почему-то! — у неё было вообще на всё. «Боевая подруга» — окрестил её однажды Дариэль. И он был отчасти рад, что она ушла. Это был тяжёлый удар для них с Аароном, но это было правильно. Она смогла сохранить свою бунтарскую личность и лихой характер, пусть даже таким способом, пусть даже оставив лучших друзей.