- Эй, ты, кусок бешеного меха, что мы творим?! Какого твои сородичи за нами гонятся и что планируют сделать, если поймают?!
- Давай жми! Если не будешь рассусоливать, то не поймают.
- Или ты сейчас мне всё объясняешь, или я останавливаюсь! Немедленно!
- Немедленно? Очень даже медленно! Медленно ты тащишься! Если не поднажмешь, у тебя точно будет шанс на собственном опыте выяснить, что они планируют. Учти, ты явно мой сообщник! Специально меня поджидала, чтобы помочь сбежать. Да что там! Это вообще ты меня во всё втянула!
- Что!!!? Во что это я тебя втянула, чучело, молью поеденное?!
- Во всё! — уверенно ответил лохматик. — С помощью шантажа и угроз.
- Слушай, я начинаю понимать, почему тебя хотели побить. Ещё чуток, и я присоединюсь к разъяренной толпе.
- Ну, пока не присоединилась, давай гони, вон там просвет, видишь? Это дорога. Правь туда и врубай полную скорость на своем драндулете. Выжми из него всё возможное и появится вероятность, что ты доживешь до светлого будущего.
- Я может и да, а вот твои шансы уменьшаются с каждым твоим словом — заворчала я, но, тем не менее, повернула машину в указанном направлении, надеясь и правда вывести на дорогу то, что осталось от несчастного средства передвижения после гонки «Лесная Формула 1».
Через десяток-другой метров мы и правда выбрались на дорогу, причем качество покрытия не вызывало претензий ни у меня, ни у авто, потому я, наконец, смогла придавить педаль газа. Не знаю, почему за этим чудовищем гонятся, но спасать надо как минимум себя. Его заодно. Опять же будет возможность придушить его самостоятельно. Интересно, сколько здесь дают за убийство лохматых стелек, поражающих своей бесцеремонностью с первого взгляда? О чём я думаю? Где это вообще здесь? И как может разговаривать то, что сидит на соседнем сиденье? Автомобиль резво шуршал шинами, и я получила шанс призадуматься, насколько это реально в таком состоянии. Итак, варианты:
Я сошла с ума? Внезапно. Вроде никаких предпосылок не было. Все предки отличались душевным здоровьем, насколько мне известно. Шизофрения вроде вещь наследственная, не?
А может, я сплю? Яркий какой сон. Необходимо срочно ущипнуть себя. Тут же последовала собственному совету, в душе мало надеясь на изменение ситуации. Была права. Наверное, надо попросить лохматика, хотя не стоит. Мы не достаточно знакомы, а то, что я успела услышать и увидеть, не позволяет надеяться на его гуманность и сострадательность. Зачем мне лишние синяки? Но как минимум, я могу с ним поговорить, раз уж он говорить умеет. Развлекусь хоть, а может и что полезное для себя узнаю. Незваный попутчик, убедившись, что по нормальной дороге мы в момент оторвались от пешей погони, шустро перелез на переднее сиденье.
- Как тебя звать-то, недоразуменье?
- Сама ты недоразуменье! Я — Урмах.
- Отлично, начало знакомству положено, я — Эдда. Слушай, а ты то кто? Хоббит что ли?
- Какой я тебе хоббит? Урх я.
- Ситуация проясняется. Урх значит. Отлично. Кстати, кто такие урхи? И заодно уж, где это мы сейчас?
- А за ликбез ты заплатила, что бы спрашивать? Ученье, оно денег стоит.
- А за проезд ты заплатил? Он, знаешь ли, тоже не бесплатный, тем более в твоей критической для жизни ситуации. Спасение твоей шкурки, в момент, когда ты был так близок к таксидермии, дорого стоит — нашлась я.
- Прекрати выражаться, ничего бы они мне, кстати, не сделали. Потому что фиг поймали бы! Опыт!
- То есть убегать тебе приходится частенько? А Урмах? Критическое несоответствие поведения общепринятым нормам социума?» — засмеялась я. Вообще, как ни удивительно, мохнатик или как его там — урх вызвал симпатию. Видно было, что создание это вредное до чрезвычайности, но при этом крайне обаятельное.