- Нет-нет, - запротестовали женщины, - клади вместе с нашими, под ёлку. Утром встанут и посмотрят, что им подарили.
За столом долго не засиделись. Дарья Никаноровна ушла рано, напоследок предложив мужчинам заночевать у неё, но все дружно отказались. Женщины решили, что лягут на диване, а Айк с Олегом разместятся на полу. Правда, у Сони не было для них лишней постели, но они нашли выход. Когда она вернулась из ванной, на полу развалились два громадных волка. Алла сидела рядом с белым, запустив обе руки в густую шерсть. Наклоняясь к его уху, она что-то шептала ему. Волк сладко щурился и тянулся к ней, пытаясь незаметно просунуть нос под подол. Тёмно-серый вожак улыбался, глядя на них. Белые острые клыки поблескивали в падающем на них свете, и Соня с содроганием представила, как они рвали живую плоть. Она протискивалась к дивану, а волчара и не подумал посторониться. Наоборот, он привалился боком к её ноге и лизнул щиколотку. Соня дёрнулась и ткнула его тапочком, на что он опять заулыбался. Ей очень хотелось погладить длинную жёсткую шерсть с мягким подшёрстком, но она удержалась. Подруга, тем временем, обхватив волчью голову обеими руками, крепко прижимала её к груди. Белый волк шумно вздыхал и старался лизнуть Аллочку в губы.
Соня, наконец, добралась до дивана и посмотрела на серого волка. Положив голову на лапы, он грустно смотрел на влюблённую парочку, а потом, отвернувшись, свернулся клубком и закрыл глаза. У неё ныло сердце, но всё равно было радостно оттого, что он приехал.
Утром женщины встали поздно. Сквозь сон Соня слышала, как шептались и целовались Аллочка и Олег, как засмеялись дочери и что-то тихо говорил им Айк и тоже смеялся вместе с ними, а потом зашипел сквозь зубы. Соня подумала, что девчонки потянули его за волосы или задели плохо зажившую рану и опять провалилась в сон. Она проснулась от наступившей тишины. Весь народ собрался на кухне. Аллочка и Айк кормили детей, а Олег сидел на подоконнике и довольно щурился, глядя на эту сцену.
Натянув халат, Соня вышла на кухню. Девчонки радостно подпрыгивали и болтали ногами, сидя у Айка на коленях, успевая глотать кашу, вертеть головами и дёргать его за нос, уши, волосы и воротник рубашки. Он терпеливо отцеплял ручонки и уговаривал их не шалить. Аполлоша чинно сидел на стуле и орудовал ложкой, поглядывая на малышек.
Увидев Соню, Айк с восторгом сказал: - дети за полтора месяца так здорово выросли! И такие умненькие стали! - он по очереди поцеловал пушистые макушки и поставил дочерей на ножки, но они и не думали уходить. Цепляясь за его руки они тянули его в комнату, и Айк, улыбнувшись Соне, пошёл за ними.
С приездом Айка Олег засобирался домой. Аллочка уезжала вместе с ним. Соня грустила, но и радовалась за подругу. Зарегистрировать брак они решили в Междуреченске, потому что там жили родители Олега, его друзья и знакомые. Аллочка уговаривала Соню приехать вместе с Айком на свадьбу, но та категорически отказалась. Она страшилась даже мысли о том, что может вновь появиться в Междуреченске. Айк ничего не сказал, лишь опустил глаза, избегая встречаться с ней взглядом.
Соня чувствовала, что что-то изменилось в их с Айком отношениях после отъезда друзей. Он стал ей дороже и ближе, потому что остался единственным, кому она могла доверять. Айк всегда был рядом, всегда готов выслушать и понять. Она ловила себя на том, что относится к нему, как к мужу, с которым прожила долгие счастливые годы. Тем не менее, она жгуче краснела, когда ловила на себе его жадный тяжёлый взгляд, которым он, казалось, раздевал её. Но он никогда, ни разу не намекнул ей о своём желании. Не говорил он больше и о своей любви, чем неприятно её задевал. Порой Соня с раздражением думала, что он и не любит её вовсе, иначе почему молчит?
Дети были привязаны к нему так, что Соня порой ревновала их. Каждый вечер он терпеливо купал девчонок, не возмущаясь шалостями и тем, что выходил из ванной мокрым с головы до пят. Он читал им книжки и укладывал спать, никогда не повышая голос, если они капризничали или шалили.
Заканчивался январь. Последнее время Соня не раз ловила на себе задумчивый взгляд Айка. Она терялась в догадках, но ни о чём его не спрашивала. Захочет - скажет сам.
В этот вечер, когда дети давно уже спали, Соня выключила компьютер и, потянувшись, встала. При неярком свете настольной лампы увидела Айка. Он сидел на кухне, облокотившись на колени сцепленными в замок руками. Отсутствующий взгляд устремлён в никуда, в уголках плотно сжатого рта пролегли грустные морщинки. Соня встала, глядя на него сверху вниз, тихо спросила: