На четвёртый день, рано утром, они с Олегом выехали к заброшенной заимке. К гостинице он приехал не один: в машине сидели ещё двое шкафообразных угрюмых мужика. Открыв дверцу, Соня нерешительно посмотрела на пассажиров. Они вежливо поздоровались с ней, но с места не двинулись. Олег нетерпеливо сказал: - ну? В чём дело, Соня? Своих охранников вам пора бы знать в лицо! - Мужчины с иронией поглядели на неё. Один из них сказал гулким басом:
- вы нас, Софья Михайловна, не заметили, что ли? Мы же за вами который день везде ходим. Меня, кстати, Денис зовут, а этого, - он ткнул пальцем в напарника, - Иван.
- А…зачем вы за мной ходите? - растерянно спросила Соня.
- Олег приказал, - усмехнулся Иван.
- Она перевела взгляд на того, и он удивлённо поднял брови: - а как же? Мало ли что может случиться. Через лужу перенести, дверь открыть… - Все засмеялись, Соня тоже насмешливо фыркнула, а Олег серьёзно добавил: - Айк мне горло перегрызёт, если узнает, что я вас в такое неспокойное время одну гулять отпускал! - Она незаметно поёжилась от его слов, хоть и сказанных в шутку. Вот всё-то у них, не как у людей. Человек бы сказал: ”голову оторвёт”, а этот, волчара: “горло перегрызёт”.
На поляне перед заимкой ещё никого не было. Своим нетерпением Соня заразила и Олега, и они приехали раньше всех почти на целый час. Стояли жаркие июльские дни, и уже с утра смолистый аромат витал в нагретом воздухе. В кустах у ручья заливались пением какие-то птицы, где-то далеко куковала кукушка, а прямо у Сони над головой вдруг раздалась барабанная дробь дятла. Она обошла сосну и увидела его, красавца, в ярко-красной шапочке на чёрной головке, деловито долбящего толстую засохшую ветку.
Мужчины, вольготно развалившиеся на ветхом крыльце домишки вдруг насторожились, подобрались. Соня вопросительно посмотрела на них, и Олег сказал: - едут. Скоро будут здесь. - Она прислушалась, но не уловила никаких посторонних звуков, нарушающих умиротворяющую песню тайги. Вздохнув, отвернулась: - куда уж ей до их звериного слуха.
Действительно, через несколько минут на поляну выкатились, одна за другой, разномастные машины - автобусы, “ГАЗели”, парочка “Скорых”, несколько легковых иномарок. Грузно вылезший из автобуса Кытах Арбай зычно закричал, замахал руками, заставляя водителей перегнать транспорт ближе к кустам, освобождая поляну. Из машин посыпались люди, оглядывались, тихо переговаривались, многие украдкой поглядывали на Соню. Она хотела к ним подойти, но Олег удержал её за руку: - не нужно, Соня, стойте здесь. Сейчас они пойдут раздеваться, а потом вернутся на поляну. Может быть, вы что-то скажете им? - Вначале она не поняла:
- раздеваться? А, да, им же надо обернуться волками…Я не знаю, что сказать…
- Что-нибудь, - Олег пожал плечами, - вы встали во главе стаи, вы Мать всех волков. От вас ждут напутствия.
- Хорошо, - покорно согласилась она, - я что-нибудь скажу. - Она посмотрела на мужчин, собравшихся по её воле. Двести молодых, крепких парней ждали её приказа. Олег пошёл к ним, что-то сказал. Поляна вмиг опустела, но далеко они не ушли: сквозь кусты тут и там мелькали обнажённые тела. Ещё несколько минут, и Соня попятилась: пространство перед нею заполнялось волками. Негромкое рычание, скалящиеся острыми клыками морды, горящие глаза… У неё захватило дух. Мягко ступая, подошёл Сергей: - полезайте на крышу заимки, Соня, чтобы вас все видели. Она послушно подошла к домишке и остановилась:
- мне не влезть, высоко!
Денис охватил её за талию и легко поднял на крышу. Она порадовалась, что надела джинсы: хоть плавками не сверкает! - подошла к самому краю. Снизу Сергей тихо сказал: - не вздумайте заплакать. - Соня досадливо отмахнулась: - сама знаю!
Она смотрела сверху на эту массу серых хищников, стоящих, сидящих, внимательно глядящих на неё и ей не верилось, что они разумны. Звягинцев негромко поторопил: - время, Соня! - Она глубоко вздохнула:
- спасибо вам всем, что вы отозвались на мой призыв! Именем Закона Стаи! Я приказываю вам найти вашего вожака! Не теряйте же время, волки! Вперёд, и пусть удача сопутствует вам! - она отошла от края, чувствуя, как дрожат ноги, и чуть не села тут же, на крыше, от неожиданности. Мощный слаженный волчий вой пронёсся над поляной и улетел вглубь замершей тайги. Двести волков, задрав к небу морды, огласили окрестности воинственным призывом.