Прошло всего несколько секунд, и поляна опустела. Серые тени скользнули, не задев ни одной ветки, размашистой экономной рысью устремились в глубины заповедных лесов.
Соня оглядела оставшихся с ней. Старики из Совета стаи, Олег с двумя своими людьми и Светка. Звягинцев ушёл в тайгу с одной из поисковых групп. Данила Маркович маячил у машин, размахивал руками. Наконец, завелись двигатели и транспорт потянулся к дороге. На поляне осталась одна “Скорая”. Из неё вышел худощавый темноволосый мужчина, направился к Соне: - Софья Михайловна, я Герман, хирург-травматолог. Что мне сейчас делать?
Она растерянно посмотрела на него: - я не знаю… Собственно, я не знаю, понадобитесь ли вы вообще.
- Нет уж, пусть я лучше тут буду, - он вздохнул, мало ли что с этими волками приключится.
- А разве вы не волк? - её удивление рассмешило его.
- Нет, я человек. А вы ещё не умеете отличать человека от волка?
- Не умею, - Соня отрицательно качнула головой, - а есть отличия?
- Конечно. Их много, неявных, скажем так. В движениях, в голосе, во взгляде… Со временем, взглянув на женщину или мужчину, просто автоматически отмечаешь, волк это или человек. Да ничего, научитесь, не велика премудрость! - он широко улыбнулся ей, и Соня не устояла, ответила тоже улыбкой.
- А скажите, Герман, как же вы волков лечите? Тут, скорее, м-м-м, ветеринар нужен!
Он засмеялся: - тут всё сложно, Софья Михайловна. Иногда нам приходится здорово повертеться, чтобы не навредить двум существам, запертым в одном теле. Но ничего, мы справляемся! Так что не беспокойтесь - лишь бы Айка нашли, а там уж я не дам ему умереть!
Соня подумала о том, как быстро все поверили в то, что Айк не сгорел в страшном пожаре. Наверно, всем, как и ей, хочется надеяться на лучшее.
Она не спеша брела по поляне туда, где слышался шум воды. Её догнала Светка: - можно, я с вами?
- Конечно, что ты спрашиваешь.
- А вот там, если идти направо, там могилы, - девчонка поёжилась.
- Мы туда не пойдём, что там смотреть, - Соня повернула к небольшому ручью, весело прыгающему по каменистому руслу. Зачерпнула ладонью воды, напилась. Кристальной чистоты влага была такой холодной, что ломило зубы. Она присела на корточки, поплескала в разгорячённое лицо, подумала вслух: - переодеться, что ли? В джинсах невозможно жарко.
- Ага, - Светка тоже напилась, - я специально платье надела, потому что в брюках спарилась бы. Хорошо здесь, правда? Если бы не могилы… - она сморщила нос. - А где ваши щенки? У ваших родителей, да?
Соня удивлённо подумала, что её больше не раздражает, когда детей называют щенками. Ну щенки, и что? Волчьи дети. Её Айк - волк, значит и девчонки наполовину щенки. Господи, она на всё согласна! Пусть даже её сукой называют! Или самкой! Да хоть как, лишь бы его найти, лишь бы он был жив. - Да, Оля и Надя у моих родителей. Вот сегодня я пыталась поговорить с ними, а связи нет.
- Ага, из тайги не берёт. Вышек тут нет, только в город ехать.
Они побродили по лесу, не удаляясь далеко от поляны и время от времени натыкаясь на стопки одежды, которые оставили мужчины перед оборотом.
Светка хихикала: - вот же сколько нашим заморочек-то! Если бы не вы, они бы свалили всё в кучу на поляне, а так за кустики прятаться пришлось! - Соня тоже улыбнулась, представив, как двести голых мужиков роются в куче одежды в поисках своих трусов и брюк.
На поляне лениво переговаривались лежащие на траве мужчины. Кто-то из стариков громко всхрапнул и смущённо закашлялся. Все захохотали, посыпались шуточки. Соня пошла к машине Олега, достала из сумки платье и пошла в кусты - переодеться. Расстёгивая джинсы, заметила невдалеке Дениса, повернувшегося к ней спиной: - а вы чего, Денис? Я же только переодеться.
Не поворачиваясь к ней, он спокойно ответил: - вы, Софья Михайловна, на нас не обращайте внимания. Пока вот…это всё тянется, мы за вами будем присматривать.
- Так вы и к ручью со мной ходили??
- Конечно, - она услышала в его голосе улыбку.
- Надо же, а я вас не заметила… - растерянно пробормотала она.
- Ну и хорошо, - он пропустил её вперёд, отогнув рукой ветки.
Время тянулось нескончаемо долго. Светка развлекала Соню разговорами, но она не особо и вслушивалась, думая о своём: о детях, об Аллочке, о родителях и об Айке. О нём она старалась не думать, потому что сразу подступали слёзы, сердце сжимало, как в тисках.
Мужчины, дремлющие на траве, сели и прислушались. Вскоре на поляну выехали две машины. Из них вышли женщины и Марфа. Соня направилась к ним, догадавшись, что привезли обед для поисковиков. Приехавшие принялись расстилать прямо на краю поляны полиэтиленовые скатерти, расставлять на них посуду и большие, закрытые крышками эмалированные бачки. Над ними вился душистый парок, и Соня почувствовала, что хочет есть.