- Не знаю, но думаю, что нет.
- Поищем! - бодро пообещал приятель и хлопнул Айка по плечу: - расскажешь, что удалось узнать?
На следующий день из списка удалось исключить девять человек, по которым было известно, что все они работают и имеют благополучные семьи. Оставшихся шестерых Айку предстояло навестить.
***
Заканчивалась вторая неделя встреч с женщинами по фамилии Туманова, и Айку, наконец, повезло. Он считал, что Сонина подруга должна жить где-то недалеко от школы, в которой они вместе учились. Но нет, оказалось, в школу Аллочка добиралась на троллейбусе.
Он сразу понял, что наконец-то нашёл ту самую Нину Сергеевну Туманову, как только поднялся на второй этаж старой пятиэтажки и увидел облезлую, не раз взломанную дверь с разбитыми косяками, выломанными замками и наспех заколоченными фанерой дырами от них. Звонок не работал, ему пришлось стучать. На стук из соседней квартиры вышла женщина средних лет и неприязненно сказала: - не могли бы вы не стучать так громко? У меня ребёнок спит!
- Извините, - Айк неловко улыбнулся, - но у неё не работает звонок. Может быть, хозяйки нет дома?
- Да дома она, пьяная, наверно, валяется! - женщина оглядела его с головы до ног, презрительно сказала: - неужели такой приличный мужчина не мог найти женщину получше? Сифилис подцепить не боитесь?
- О! - он засмеялся, - вы ошибаетесь! Я к ней не по этому вопросу, честное слово! Мне надо у неё получить кое-какие сведения, только и всего.
- Ну-ну, - взгляд женщины смягчился, - вы дверь-то толкните посильнее, Нинка её не закрывает, нечего там воровать, кроме пустых бутылок!
Так и получилось. Айк вошёл в грязную прихожую, а затем - в комнату. Прямо на полу, на искусственном облезлом паласе спала женщина. Он огляделся и подумал, что Соня точно здесь не живёт. Тяжёлый застоявшийся воздух, пропитанный застарелыми запахами дешёвого табака, алкоголя, мочи и чего-то гниющего. Голые стены с выцветшими грязными обоями, много лет немытые окна, на кухонном столе, видном через открытую дверь, гора грязных тарелок и гранёных стаканов, пустые бутылки, потёки чего-то жирного. В комнате старая обшарпанная мебель: древний диван с лоснящейся от грязи обивкой, шкаф с исцарапанными дверцами, несколько колченогих разномастных стульев. В другую комнату он не пошёл. Подошёл к окну и, немного повозившись и стараясь не прислоняться к ободранному грязному подоконнику, открыл раму. Несколько раз вдохнул полной грудью хлынувший свежий воздух и вернулся к спящей хозяйке. Присел перед ней на корточки и, не церемонясь, потряс за плечо: - эй, Нина Сергеевна, проснитесь!
Женщина замычала, потом, не открывая глаз, чётко сказала: - пошёл на х…!
Усмехнувшись, Айк рывком посадил её и прислонил спиной к дивану, после чего слегка похлопал по щекам, опухшим от многодневной пьянки: - давайте, давайте, открывайте глаза, Нина Сергеевна, мне нужно с вами поговорить.
Кое-как женщина разлепила глаза и ощерила рот с редкими гнилыми зубами: - какой красавчик! Опохмелиться принёс?
- Нет, - Айк отрицательно качнул головой, - но могу сходить, купить.
- Иди! - она снова начала заваливаться на бок.
Айк не стал её поднимать. Поднявшись на ноги, немного постоял, глядя на вновь уснувшую женщину и вышел из квартиры.
В ближайшем магазине взял бутылку водки и закуску: маринованные огурцы, хлеб, батон копчёной колбасы. Подумав, кинул в корзину несколько банок рыбных и мясных консервов.
К его удивлению, когда он снова вернулся в квартиру, хозяйка сидела на диване, обхватив руками голову. На звук его шагов, не пошевелившись, хрипло спросила: - купил?
- Купил! Налить?
- Давай. Стакан на кухне возьми.
Айк прошёл на кухню и, выбрав на столе наименее грязный стакан, плеснул в него немного водки. Оглядевшись, увидел среди грязных тарелок нож и отрезал толстый ломоть хлеба, сверху положил несколько кружков колбасы.
Женщина подняла голову, протянула трясущуюся грязную руку, в которую он вставил стакан. Залпом выпив содержимое, она блаженно прикрыла глаза. Айк с интересом наблюдал за ней. Потом, положив хлеб с колбасой ей на колени, ногой подтянул к себе ближайший стул: - ну, полегчало? Теперь мы с вами поговорим.
Она посмотрела на него мутным взглядом: - чего тебе надо?
- Нина Сергеевна, ваша дочь с вами живёт?
- Алка-то? Не-ет, уехала она. Давно.
- А Соню Рубцову вы знаете?
- Соньку? Знаю, да, - она заметила у себя на коленях хлеб с колбасой, скривилась, потом грязно выругалась: - это ты зачем купил? Лучше бы пузырь…
- Ешьте.
Она неохотно откусила, сказала, с трудом проглотив: - сын у неё, в честь какого-то бога муж назвал, не помню.